Поэтому мы решили здесь на двадцать минут остановиться: перекусить, в тот же сортир сходить, а то в сугроб да голой… Хм… Не охота, в общем. Еды, кстати, в доме так и не было, мы её с собой брали. На мой вопрос, а, собственно, почему? Тихон дал вполне логичный ответ.
— Дык, сюда же просто так редко наезжают. А на охоте кого-то, да добудут охотники всегда. Добыча-то она завсегда вкуснее, чем из кладовки еда.
— А если не добудешь никого, что тогда, голодным оставаться? — Взгляд Тихона без слов дал мне понять, что, да, такой вегетарианец должен оставаться голодным. — Понятно. По коням!
Дальше ехали более осторожно. Но, всё-таки путь коротким назвать было нельзя, и вскоре я совсем освоился в седле. Всё-таки умею я ездить верхом, просто долго не практиковался. Надо навёрстывать.
Нам осталось немного доехать до места, как где-то в стороне послышались звуки охоты. Я невольно нахмурился, а рука сама собой потянулась к ружью.
— Охолонитесь, ваше сиятельство, — ко мне подъехал Тихон. Дальнейшая дорога была одна заблудиться было сложно, поэтому я нередко вырывался вперёд. Жеребец подо мной был быстрый, агрессивный, я еле с ним справился по началу. Но, потом мы нашли общий язык, и теперь я наслаждался поездкой.
— Ты что-то знаешь? — я вопросительно посмотрел на Тихона.
— Так ведь его сиятельство разрешил барону Соколову провести охоту, — вздохнул Тихон. — Это до того было, как следопыты вернулись. Так что нет нужды за стволы хвататься. Но вот всё разузнать, вот это можно. Там же условие было — наши егеря принимают участие в охоте, чтобы соблазна не возникло кого не надо обложить.
Мы развернули коней в сторону, откуда раздавались крики, звуки горна и лай собак. Я уже тронул пятками лоснящиеся бока Ареса, именно так звали моего жеребца, но тут подал голос проштрафившийся егерь.
— Зайца гонят. Скоро из-за поворота появятся. — Он говорил вполне уверенно, а более старшие егеря покивали, в знак согласия.
Словно услышав их слова из-за поворота, который делала дорога, пулей вылетел заяц, ещё не полинявший, в белоснежной шубке с черными пятнами на ушах. Следом за ним выскочили знакомая кобылка. Именно её молоком я кормил Фыру, когда мы застряли в охотничьем домишке.
В пылу погони Маша не замечала ничего вокруг. Арес переступил с ноги на ноги и фыркнул, мотая головой, и я потрепал его по шее, успокаивая. Однако, его что-то тревожило, и я на мгновение оторвал взгляд от всадницы, а когда поднял взгляд, то увидел, что Мария осадила коня, вытащила ружьё и прицелилась в улепетывающего в противоположную от нас сторону зайца.
Раздался выстрел, и отдача слегка откинула девушку в седле. Заяц рухнул на тропу, и одновременно с этим произошло несколько вещей.






