ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Очнулся, кругом снег, кровь и мёртвая рысь. На затылке рана, прибежавший мужик тебя сиятельством называет, да всё по имени-отчеству. Только вот ты не помнишь, ни что произошло, ни почему ты сиятельство. Ты даже имени своего не помнишь, и всё вокруг кажется тебе не таким, как должно быть, неправильным. Но, ничего, руки-ноги целы, голова работает, а память вернется. Тем более, что всё вокруг твердят, что рысь тебя благословила.

Больше новинок на https://booksnew. ru/ Или на нашем телеграмм канале https://t. Женька, черт тебя подери, открывай! — я открыл глаза и посмотрел на часы. И кто там ломится ко мне практически ночью? Набросив на плечи форменную куртку и сунув ноги в тапочки, пошёл открывать. Стучали-то в окно, в дверь бы долбились, хер бы я услышал. Веранда большая, двери хорошие утепленные, недавно новые поставил. Вот кто-то и обошёл дом, да в окошко спальни начал стучаться. Тогда прекратят шляться, где попало, чтобы задницу, да яйца сберечь.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Лошадка Маши неслась по полю, и даже отсюда было видно, что наездница не может ею управлять. Я бросил разряженное ружьё Тихону, и сразу же с места сорвал Ареса в галоп. Жеребец выполнил маневр весьма охотно, стремясь уйти подальше от опасного места. Мария в момент прорыва находилась слишком далеко, чтобы заинтересовать монстров и спокойно могла уйти, вот только её лошадь решила иначе и понесла.

Выстрелы за спиной звучали всё реже, а маты всё громче. Похоже, что егеря добивали последних тварей. Если бы ещё одну надменную тварь

случайно приговорили, или позволили какому-то монстру сожрать Ондатрова, я бы был очень даже доволен. Но проверить, что там происходит не было возможности.

Я скакал Марии наперерез, но её дурная кобыла, возможно, от страха потерявшая разум, увеличила скорость. Мы свернули за поворот и место прорыва скрылось из вида. Потом лошадь повернула ещё раз и ещё. Я уже плохо понимал, где именно мы скачем, когда мне удалось поравняться с Марией. Свесившись с седла, я протянул руку, чтобы схватить поводья, но тут кобыла вильнула в сторону.

— Ах, ты, зараза, — процедил я сквозь зубы.

Арес словно почувствовал моё настроение и грозно заржал, призывая нервную барышню к порядку. А когда мы снова сблизились, умудрился легко укусить кобылку за шею. Сейчас, когда поблизости не было и следов монстров, жеребец вел себя вполне уверено. Кобылка тонко заржала и замедлила шаг.

Мне же удалось перехватить поводья и некоторое время мы ещё скакали, бок о бок, пока не остановились.

Я соскочил в Ареса, который понял всю важность момента, и не отходил от дрожащей мелкой дрожью кобылы, в том время, как я пытался вытащить Машу из седла.

— Ну, же, отдай мне поводья, будь хорошей девочкой, — я уговаривал её как ребёнка пытаясь разжать пальцы, которые, похоже, свело судорогой.

Мне это удалось с большим трудом, и я снял девушку с седла, поставив на землю. При этом я осмотрелся, пытаясь понять, куда нас занесло. Дорога была очень узкой, как мы вообще по ней параллельно проехали? Даже не дорога, а широкая тропа, по обе стороны от которой росли огромные деревья.

И тут Мария начала сопротивляться. Она забилась в моих руках, словно птица в кошачьих лапах.

— Маша, посмотри на меня, это я Рысев. Ну же, посмотри на меня. Я не опасен. Не совсем, во всяком случае. Да посмотри же ты на меня! — не выдержав, я повысил голос и это, как ни странно, сработало.

Девушка обмякла в моих руках и пристально принялась рассматривать моё лицо. А затем протянула руку и ощупала его.

— Женя? Это ты? — пробормотала она, а затем принялась весьма интенсивно ощупывать моё тело, стараясь убедиться, что перед ней человек, а не монстр, который сейчас будет её пожирать живьём.