Я точно помнил, что, прежде чем потерять сознание, отбросил его.
От меня отстали. Во всяком случае пока.
Все время лежать в кровати было безумно скучно. К тому же меня не баловали посещениями, и даже Кли-кли, первое время не отходившая от моей постели, в связи с какими-то дворцовыми неурядицами практически ко мне не заглядывала.
А если и заглядывала, то на минутку и тут же исчезала, даже не поделившись со мной новостями.
— Ты все же решился?
Я обернулся. Невесть как оказавшаяся в конюшне Кли-кли, прислонившись к стене, грызла морковку. На плече у нее восседал Непобедимый.
— Угу, — смутился я. — Пора. Хватит оттягивать.
— То есть ты намеревался смыться из города, даже не попрощавшись? — нахмурилась она.
— Я пробовал тебя найти.
Это было правдой, но во дворец меня не пускали, и в течение недели я не мог подать гоблинше никакой весточки. Она как в воду канула.
— Знаю, — вздохнула она. — Прости, тут дел навалилось. У нас новый король, слышал?
— Да уж весь город об этом твердит, — усмехнулся я.
К Сталкону Лишенному Короны внезапно вернулся рассудок, а так как он был старшим сыном Сталкона Девятого, то и прав у него было побольше, чем у Весеннего Жасмина.
— Как смотрит на это Весенний Жасмин?
— Даже рад. Он никогда не цеплялся за власть и с радостью передал брату корону. Ты знаешь, я думаю, что это Арцивус виноват в том, что принц лишился рассудка.
— Мне пришла в голову та же мысль, Кли-кли. Весь вопрос в том: зачем это было нужно магистру?
— Кто поймет Игрока? Хотя я думаю, что принц каким-то образом узнал, что Арцивус — не такой уж и добренький. Вот магу и пришлось… Убивать носителя королевской крови он не решился, так что превратил в дурака. А когда умер, заклятие пропало.
Мы помолчали. Я проверял сумки, Кли-кли грызла морковку. Непобедимый шевелил розовым носом.
— Я вижу, ты подружилась с лингом.
— Ага. Медок решил, что мышке на королевских харчах будет лучше. Я против зверька ничего не имею.
— Ты надолго задержишься в Авендуме?
— Не знаю. Я пока здесь нужна. Во всяком случае, останусь, пока все не уляжется. Затем вернусь домой. Надо помогать деду.
— Шаманить? — усмехнулся я.
— Шаманить, — усмехнулась она в ответ. — Может, и тебе не стоит уезжать?
— Стоит, — вздохнул я. — Меня в Авендуме теперь ничего не держит. Со всеми делами я уже разобрался, да и маги… Стоит уйти, пока они не вспомнили обо мне и Роге Радуги. Хозяин, несмотря ни на что, выиграл эту партию Игры.
— Будут и другие партии. Хотя лет через триста, если маги опять посеют Рог, Валиостр ожидают неприятности.
— Я столько не проживу. Будут искать другого дурака, чтобы он им Рог доставал, — хмыкнул я.
— Еще как проживешь. — Она серьезно посмотрела на меня. — Ты ведь Танцующий.
— Что слышно о Щдуыруке? — спросил я, меняя тему разговора.
— Как в воду канул.






