ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Ульяна всегда мечтала о большой и дружной семье. Но никто не предупреждал, что мечты имеют обыкновение сбываться. И вот уже родственники из далёкой зауральской деревушки готовы с головой окунуться в столичную жизнь. А что, почти как заказывали. Любящая бабушка-ведьма печет пирожки с мухоморами. В подвале, потеснив стратегический запас картошки, обустраивается троюродный брат - вампир-аллергик. Ещё один, стеснительный оборотень с дородовой травмой, прячется по дому. Сад обживает козёл Фёдор Степанович, главное достоинство которого выдержка и любовь к шахматам. Ну а помочь в делах сердечных готова любимая кузина, потому что русалки о любви знают всё. Или почти всё... ах да, сама Ульяна, оказывается, не маг с дефективным даром, но ведьма.
Ульяна поверить не готова. У нее ведь образование. И диплом. И она знает, что миром правит классическая магия, а всё остальное - это вымысел... Но что делать, когда знание не выдерживает столкновения с реальностью?

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Ишь, сколько всего… ошмётки какие-то… ну кто ж так колдует? Потом, небось, маешься с головной болью…

— Я не колдую…

— Ага, а откуда тогда? — перед носом повисла чёрная капля на длинной паутинке.

— Что это?

— Это? Это то, что ты не колдуешь…

— У меня дар нестабильный, — призналась Ульяна и впервые, кажется, произнесла это без обиды и стыда. — Раньше ещё, после

школы, был просто слабым, но как-то управлялась. И поступить даже поступила…

На бытовую магию.

Платно.

Это, конечно, не высокий практикум, как у Данилы, но… но ведь неплохо.

— Училась вот… чем дальше, тем хуже. Я пыталась. Честно… последний год вообще по старой памяти отметки ставили. Сила вообще ни в какую… я её чувствую, а вот работать… элементарный конструкт создать не могу.

— Это потому что ты ведьма, — Ляля плеснула водой в лицо. — А ведьмам эти костыли не нужны… ну, это как если бы мне плавники обрезать и ласты всучить, чтоб плавала. Понимаешь?

— Нет.

— М-да… ладно… пошли на берег, что ли? Там договорим.

Глава 5

Где речь идет о скоропостижных последствиях недавних событий

Сидя на куче мусора и жуя яблоко, ворона смотрела на пейзаж городской свалки.

Один очень современный роман молодого и, безусловно, до крайности талантливого автора.

Данила открыл глаза.

Белое.

Красивое.

Кто бы знал, до чего красив и многообразен белый цвет. Какой он… насыщенный. Впечатляющий. И оттенков… раз-два-три…

— Четыре и пять, — произнёс Данила вслух и почему-то хихикнул. — Вышел зайчик погулять…

Смех вырвался из горла клокочущими шариками. Разноцветными. Вот как в детстве, когда он с няней в парке гулял, и там шарики продавали. Данила помнит. Пусть говорят, что детские воспоминания — это ерунда, что до трёх или четырёх лет вовсе на них рассчитывать смысла нет, но он помнит.

И человека.

И шарики у него на ниточке. И что няня отказалась покупать, а он расплакался. Теперь вот и у него шарики есть.

Бум.

Надо рот открыть и шарик выпустить.

Бам.

И второй.

Бум-бам…

— Доктор, что с ним? — обеспокоенный голос матушки заставил закрыть рот и замереть. Данила и руки вытянул, уставившись в потолок.

Где он вообще?

Какая разница. На потолке трещинки смешные. Вон те на рожицу похожи, а в углу группа целая, будто живопись наскальная. Только мало, надо бы добавить, чтоб уж целое полотно.

— Как бы вам сказать…

А это Савельев. Целитель? И лично? Стало быть, всё плохо. Данила попытался заставить себя думать, но как это сделать, когда рот полон разноцветных шариков и те норовят выбраться на свободу. Ему же приходится стискивать зубы и не выпускать. Шарики стукались о зубы и уходили в голову, где вязли в мозгах. А мозги были как кисель.

И ещё вон трещинки не отпускали.

Они есть.

Но если Данила отвернётся, то их не останется.