— Значит, мы тоже в чем-то оборотни? Порождение этого зла?
— Не сравнивай! Мы родились людьми, а эти твари — нет, — пояснила Власова.
— Хорошо, а почему тогда Белов нам помогает?
— Ему хватает ума бояться нас. Он рассчитывает на нашу поддержку. К тому же тигр — это кошка. Большая и дикая, но все же кошка, — на ее пухлых губах сверкнула улыбка.
Я аккуратно потрясла хрупкую ладонь подруги и с замиранием сердца почти еле слышно сказала:
— Но ведь я люблю Алекса. Мне все равно, кто он. Я не хочу ничего менять…
— Не переживай. Тебе надо продержаться три недели, а потом все чувства улетучатся. Все мысли сведутся к одному: это хорошо, а это плохо. Ой, что это я развалилась? — спохватилась она и посмотрела на часы. — Мне же надо в город смотаться: забрать кое-что, купить продукты. Ты же сутки ничего не ела!
— Ты на метле? — пошутила я.
Я боролась с искушением вступить в спор. Мне совсем не хотелось терять Алекса, но видя, как светятся задором ее глаза, решила отложить разговор на потом.
— Мы далеко от людей?
— Километров сто, не больше. А вместо метлы у меня Юркина машина, надо же пользоваться его желанием угодить? Кстати, здесь всего одна комната, не возражаешь против сна рядом с бывшей подругой?
Я смотрела на ее сияющее лицо и не знала, что чувствовать. С одной стороны, это та самая Кира, мой лучший друг. С другой — она хладнокровно манипулировала мной. Я глубоко вздохнула. Обида никуда не делась, комом засела внутри, но Кире тоже пришлось нелегко. Неизвестно, как я бы повела себя в такой ситуации.
— Я простила тебя, так что Власова снова в ранге лучшей!
Она наклонилась, поправила ленту на моих волосах и обняла за плечи.
— Больше не обижаешься?
— Нет, если скажешь, почему на мне этот балахон? — улыбаясь, спросила я и зацепила пальцами подол белого савана.
— Для антуража! — воскликнула Власова и вскочила с дивана. — Как говорит Валентина Васильевна, нужно вживаться в образ. У меня тоже есть такой, и выгляжу я в нем потрясающе! К тому же он не мнется и приятен к телу. И главное — спасает от холода! — Кира послала мне воздушный поцелуй и исчезла в темном углу бункера.
Пытаясь размяться, я прошлась по жилищу оборотня. Огонь свечей навевал тревогу. Интересно, чем Белов здесь занимается? Когда подошла к месту, где растворилась Кира, воображение подкинуло мне страшные картины. Быть может, здесь морили людей голодом, мучили… Никто и никогда не найдет узника, запертого в этом подвале. Я взглянула наверх. Хромированная винтовая лестница соединяла пол с потолком, на котором виднелось круглое отверстие люка. Я встала на ступеньки и, добравшись до него, попыталась открыть, но…
Значит, все-таки пленница.
Я хлопнула в ладоши. Увы, ничего не преградило мой путь: прозрачная стена не появилась — она не слушала моих приказов.






