ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Луна у каждого своя. Кто-то думает, что это просто ночное светило, для кого-то она источник силы, а для кого и проклятие. И вот когда все три эти точки зрения сплетаются в одно целое, то большие неприятности могут ждать и тех, кто живет при свете Солнца, и тех, чье время Ночь, и тех, кто поставлен первых от вторых защищать.
Почему?
Потому что тогда наступает час волка...

Андрей Васильев Все персонажи данной книги выдуманы автором. Все совпадения с реальными лицами, местами, банками, разнообразными организациями, телепроектами и любыми происходившими ранее или происходящими в настоящее время событиями — не более чем случайность. Ну а если нечто подобное случится в ближайшем будущем, то автор данной книги тоже будет ни при чем. — Женщина сделала несколько шагов назад и, прищурив глаз, попросила: — А ну-ка, повернись. Видел, как на подиуме модели кружатся? — Давно забытые ощущения, — проворчал Олег, но требуемое выполнил, хотя, конечно, и не так элегантно, как какая-нибудь Жизель Бундхен.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Могли что-то узнать, а вместо этого остались слепыми и глухими, — расстроенно произнесла тетя Паша и пнула ногой кучку пепла. — Э-эх… Вроде бы и трогательно, что ты за меня переживал, но такая возможность упущена! Всего-то надо было услышать имя, и все, у нас появился бы повод… Пусть мизерный, пусть недоказуемый, но — повод. Только, как всегда, шанс ушел водой в песок. Слушай, может, мне к Клавдии Звягиной съездить, а?

— Зачем?

— Узнать, не сглазил ли нас кто. Иначе почему мы раз за разом в галошу садимся во всех случаях, когда к делу причастен этот старый плут? Ну не может же ему так везти? Тьфу!

Она подошла к тому месту, где лежала веревка, на обеих концах которой имелись небольшие нашлепки серебристого металла, нагнулась за ней, негромко ойкнула и схватилась правой рукой за поясницу.

— Что такое? — обеспокоился Олег.

— Разогнуться не могу, — удивленно поведала ему уборщица. — Это что-то новенькое, не бывало такого раньше. Видать, просквозило меня в Посаде. Да еще эта физкультура…

Ой! Ну-ка, помоги мне!

В результате Ровнин чуть ли не на себе дотащил Веретенникову до машины, с великим трудом усадил ее на заднее сиденье, а после довез до отдела, слушая по дороге забористый мат, при помощи коего уборщица выражала свое отношение к возрастным хворям, сестрице, что надумала совершить вояж на могилы предков, и непосредственно Ровнину, который был виноват вообще во всем.

В отделе, кстати, ему дополнительно досталось на орехи от Ленки Ревиной, поскольку та суровую Веретенникову хоть и побаивалась, но по-своему любила. Она с чего-то решила, что именно Олег виноват в случившемся, потому сначала отчитала его по полной программе, а после отправила в соседнюю аптеку за какой-то мазью, той, что должна была уборщице непременно помочь.

Короче, оказался Ровнин везде крайним, причем с его точки зрения совершенно без причины, о чем он и сообщил Ольгину, с которым после всех треволнений выбрался покурить на крыльцо.

— Если у тети Паши в спину вступило так же, как у моей бабули, то это надолго, — заметил Саня. — Она, бывало, по три дня лежала и охала. Ни встать, ни сесть.

— А вот если бы так во время драки? — резонно предположил Олег. — И все. С кого бы после спросили? С меня же. Да я и сам бы себе не простил.

— Прими как факт, что ты неправ, — посоветовал ему Ольгин. — Все равно никому ничего не докажешь. О, Славян нарисовался.

И верно, во двор вошел довольный жизнью Баженов.

— Как съездил? — спросил Ровнин, когда тот приблизился к ним. — Что-то путное Аглая сказала?

— В целом нет, — мотнул головой заместитель Морозова. — Обрывки какие-то увидела, и те бессвязные. Какой-то лес, еще то ли костры, то ли пожар, а остальное и того туманнее. Молодая пока, не научилась видения через себя пропускать, отделяя важное от чепухи. Время нужно.