ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Луна у каждого своя. Кто-то думает, что это просто ночное светило, для кого-то она источник силы, а для кого и проклятие. И вот когда все три эти точки зрения сплетаются в одно целое, то большие неприятности могут ждать и тех, кто живет при свете Солнца, и тех, чье время Ночь, и тех, кто поставлен первых от вторых защищать.
Почему?
Потому что тогда наступает час волка...

Андрей Васильев Все персонажи данной книги выдуманы автором. Все совпадения с реальными лицами, местами, банками, разнообразными организациями, телепроектами и любыми происходившими ранее или происходящими в настоящее время событиями — не более чем случайность. Ну а если нечто подобное случится в ближайшем будущем, то автор данной книги тоже будет ни при чем. — Женщина сделала несколько шагов назад и, прищурив глаз, попросила: — А ну-ка, повернись. Видел, как на подиуме модели кружатся? — Давно забытые ощущения, — проворчал Олег, но требуемое выполнил, хотя, конечно, и не так элегантно, как какая-нибудь Жизель Бундхен.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Да и кто особо спрашивать железнодорожных стал бы? Но здесь еще холодняк из хранилища, плюс куча других мелочей, которые в охоте на волка полезны. Ему же ножом голову не отчекрыжишь, тут кое-что посерьезнее нужно. Так что своим ходом, Олежка. Своим ходом. Ладно, не пороши мне мозги, а иди собирайся. Минут через десять выдвигаемся.

— Ясно, — кивнул Ровнин. — Морозов у себя?

— Был в хранилище, сейчас не знаю. Антонов, ты где есть? Долго тебя ждать? Колеса кто подкачивать будет? Я?

— Да иду, не ори, — раздался с лестницы голос Василия, а после он и сам появился, как всегда благодушный и, что характерно, тоже с холодным оружием в руке. Правда, непосредственно ему перепала кривая сабля, находившаяся в хранилище отдела аж со времен русско-турецкой войны 1877 года. — Олег, привет. А ты на раздачу опоздал. Там из подходящих нам колюще-режущих предметов, находящихся на строгом хранении, еще французская кавалерийская сабля есть, но ржавая до невозможности. Все остальное брать нельзя, потому что оно только хуже сделать может. Например, мы друг друга перебьем еще до того, как до вожака доберемся. Так что вы с Саней и Ленкой — группа поддержки, загонщики, отвлекающие цели и так далее.

— Ленкой? — удивился Ровнин. — А она что, с нами едет?

— Ну да, — подтвердил Васян. — Мороз сначала против был, но ее не переспоришь. Уперлась как не знаю кто: еду — и все тут. Мол, вы только стрелять да драться сильны, надо же еще кому-то и головой думать?

— А в отделе кто останется?

— Тетя Паша, — ухмыльнулся Антонов. — И то только потому, что еле ходить может, а то бы точно с нами устремилась.

— Васька, пошли! — рявкнул Баженов. — Говорю же — надо еще машину проверить. Не ровён час, застрянем где-нибудь в Бабынино или Михеево, тогда и волка упустим, и Мороз нам в черепах по дырке пробьет. В буквальном смысле!

Морозов к тому времени, как Олег поднялся наверх, уже вернулся из хранилища в кабинет и, сидя за столом, деловито заряжал револьвер системы «наган», аккуратно вставляя патроны в каморы барабана.

— Вот, решил прихватить, — сообщил он сотруднику. — Тетя Паша, сказала, что он фартовый, в свое время Алексахин «ярости Чернобога» из него пулю в глаз вогнал, после чего Никита Антонюк ему башку и срубил. Я в приметы не верю, конечно, но и отрицать их не стремлюсь. Пусть будет. Всяко лишний ствол не помешает. Ты, кстати, тоже свой табельный перезаряди. Вон два магазина лежат.

— Я хотел подарок Францева взять, — заметил Ровнин.

— К нему подходящих патронов нет, — возразил начальник, крутанув барабан «нагана». — Ясно, что эту тварь и серебром не убьешь, но оно его хоть ослабит немного. Опять же свиту им перещелкать более-менее можно, если каждому пулю в голову вогнать. Да и если в брюхо,

все равно хорошо может выйти. Припечет им кишки, не такие шустрые будут.