ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Господь создал мир за семь дней, а уничтожил за пятнадцать минут мощной сейсмической волной. Но одним землетрясением отделаться не удалось, выживших настиг поток раскаленного воздуха...

Сергей Панченко Даже глобальные перемены, случающиеся не сразу, а в течение продолжительного отрезка времени, притупляют чувство тревоги. Некоторые вещи незаметно становятся обыденностью, естественным, совсем не пугающим фоном жизни. Если бы человек умел перемещаться во времени, опасная тенденция такому путешественнику была бы гораздо очевиднее, чем тому, кто пережил изменения постепенно. По всему миру курились все известные вулканы, многие извергались. Землетрясения стали обыденностью даже там, где их не случалось тысячелетиями.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

На саженцах распустились листья, смотревшиеся в серо-коричневых оттенках мира вызывающе яркими. Непонятно, каким образом они выжили во время катастрофы.

— А это из плодопитомника. Там еще есть. Не знаем, что с ними делать.

— Мы бы взяли.

— Деревья, это теперь очень дорогая валюта, не думаю, что мы станет раздавать ее налево и направо. Мы хотим размножить их в достаточном количестве, и нам нужны специалисты или матерые огородники. У вас есть такие?

— Не знаю. Не было повода интересоваться таким.

Владимир остановился. Рядом никого не было, кто мог бы услышать их разговор.

— Выкладывай, почему вы против того, чтобы мы продавали оружие этому Дамиру. Вы, как я вижу, вооружены.

— Давайте, я вам расскажу все по порядку…

Денис начал с того момента, когда они впервые встретили на развалинах склада Дамира с людьми, как он категорически не принял их предложение совместного дележа продуктов питания и угрожал кровавыми разборками. Рассказал, про то, что они были вынуждены найти тир и оружейный магазин, чтобы иметь возможность влиять на процесс, сами того не желая. Про сегодняшнюю беспокойную ночь, когда вокруг лагеря, видимо, кружили люди Дамира, вынюхивая что-то.

— М-да, дела. — Владимир Ильич задумался. — Я понимаю вашу обеспокоенность, Денис, вы хотите жить в мире и другим того желаете, но только это так не работает в условиях дефицита продуктов питания. Рано или поздно столкновения начнутся, независимо от ваших ранних договоренностей. Пока у вас паритет по оружию с Дамиром, серьезной войны не будет.

— Вы не понимаете, он психопат, он не думает так же, как мы с вами. Ему главнее его самолюбие. Он строит культ вокруг себя, он хочет подчинения, и тем, кто унизит его, он никогда не простит. Дело в этом. Он недоговороспособный совсем. Мы его унизили, тем, что прогнали его людей со складов, а потом еще и приняли тех, кто сбежал. Как показала сегодняшняя ночь, Дамира бомбит от этого. Пожалуйста, не продавайте ему больше оружия. Если вам нужны продукты питания, мы готовы сотрудничать. Не будьте настолько беспринципными.

— Денис, не поверишь, но почти такую же историю я выслушал на этом месте два дня назад. Этот Дамир мне рассказывал, как вы уничтожаете их, безоружных, не жалея ни детей, ни стариков.

— Вы серьезно? — Денис не поверил.

— Да. Он тоже был убедителен.

— Да мы даже одной пули в их сторону не выпустили. Однажды пригрозили, и после этого больше не встречались. Мы были вынуждены так сделать, потому что нам надо было кормить людей. Он оккупировал армейские склады и не хотел делиться ни с кем. Я вам не вру, и не выгораживаю наш лагерь, но вы должны понять, что мы готовы к сотрудничеству с кем угодно, а он, нет. Ему сейчас нужно оружие, а когда у него будет много оружия, тогда вы поймете, с кем имеете дело.