На саженцах распустились листья, смотревшиеся в серо-коричневых оттенках мира вызывающе яркими. Непонятно, каким образом они выжили во время катастрофы.
— А это из плодопитомника. Там еще есть. Не знаем, что с ними делать.
— Мы бы взяли.
— Деревья, это теперь очень дорогая валюта, не думаю, что мы станет раздавать ее налево и направо. Мы хотим размножить их в достаточном количестве, и нам нужны специалисты или матерые огородники. У вас есть такие?
— Не знаю. Не было повода интересоваться таким.
Владимир остановился. Рядом никого не было, кто мог бы услышать их разговор.
— Выкладывай, почему вы против того, чтобы мы продавали оружие этому Дамиру. Вы, как я вижу, вооружены.
— Давайте, я вам расскажу все по порядку…
Денис начал с того момента, когда они впервые встретили на развалинах склада Дамира с людьми, как он категорически не принял их предложение совместного дележа продуктов питания и угрожал кровавыми разборками. Рассказал, про то, что они были вынуждены найти тир и оружейный магазин, чтобы иметь возможность влиять на процесс, сами того не желая. Про сегодняшнюю беспокойную ночь, когда вокруг лагеря, видимо, кружили люди Дамира, вынюхивая что-то.
— М-да, дела. — Владимир Ильич задумался. — Я понимаю вашу обеспокоенность, Денис, вы хотите жить в мире и другим того желаете, но только это так не работает в условиях дефицита продуктов питания. Рано или поздно столкновения начнутся, независимо от ваших ранних договоренностей. Пока у вас паритет по оружию с Дамиром, серьезной войны не будет.
— Вы не понимаете, он психопат, он не думает так же, как мы с вами. Ему главнее его самолюбие. Он строит культ вокруг себя, он хочет подчинения, и тем, кто унизит его, он никогда не простит. Дело в этом. Он недоговороспособный совсем. Мы его унизили, тем, что прогнали его людей со складов, а потом еще и приняли тех, кто сбежал. Как показала сегодняшняя ночь, Дамира бомбит от этого. Пожалуйста, не продавайте ему больше оружия. Если вам нужны продукты питания, мы готовы сотрудничать. Не будьте настолько беспринципными.
— Денис, не поверишь, но почти такую же историю я выслушал на этом месте два дня назад. Этот Дамир мне рассказывал, как вы уничтожаете их, безоружных, не жалея ни детей, ни стариков.
— Вы серьезно? — Денис не поверил.
— Да. Он тоже был убедителен.
— Да мы даже одной пули в их сторону не выпустили. Однажды пригрозили, и после этого больше не встречались. Мы были вынуждены так сделать, потому что нам надо было кормить людей. Он оккупировал армейские склады и не хотел делиться ни с кем. Я вам не вру, и не выгораживаю наш лагерь, но вы должны понять, что мы готовы к сотрудничеству с кем угодно, а он, нет. Ему сейчас нужно оружие, а когда у него будет много оружия, тогда вы поймете, с кем имеете дело.






