Пацан с интересом посмотрел на орка, потом на меня, на монету. Однако монета явно занимала его больше прочего.
— Слушаешь?
— Слушаю, — буркнул он. — Можно было бы и быстрее к сути.
— Я генерал и герцог Рос Голицын, собираю армию для войны. И в армию мою идут… Скажем так, не самые респектабельные члены общества. На этот случай у меня есть право юридического амнистирования за любые грехи. Так вот. Если бывшему старшине Новаку надоело гонять купчин по лесам, он может пойти на службу ко мне, в качестве старшины. Уйти на войну и там уже как кривая мечты вывезет. Кстати, предложение оптовое.
— Это как? — не понял пацан.
— Я приму хоть всю банду, вот как. Если есть желание что-то поменять, приходите, вступите в мою армию, называется Штатгаль.
— Наёмниками. А я? Я сирота, родителей спрашивать не надо.
— Если все придут, ты тоже приходи, как сын полка. Солдатом тебя брать рано, но как сопровождение… Допустимо. Зарплату у меня платят, так что формально вы наёмники. Но дело добровольное. Передашь сообщение?
— Передам… Только полпенса мало. Эта монета за то, что выслушал. А за то, чтобы передать… Ещё полпенса!
— Бери, крохобор. Я обитаю в Кмабирийских болотах у города Бинндаль. Это тоже запомни.
— Там же проклятые земли? — пацан протянул руку и забрал монету, после чего перевернул ладонь в выжидательном жесте.
— Да, там проклятые земли, но у нас есть маги, мы ничего не боимся.
Я дал ему вторую монету и пацан, не прощаясь, ушёл.
— Кстати, Гришейк, про добровольный выбор. К тебе то же самое.
— Что, я тоже иду старшиной?
— Нет, тебя беру капралом.
— Я вообще-то хотел быть по меньшей мере лейтенантом.
— Это ещё дослужиться надо. Варианты какие, мы выходим из города, я выдаю тебе документ о полном амнистировании «именем короля» и ты возвращаешься в Каптье свободным орком.
— А как же армия? Вот тут не понял я.
— Это был первый вариант. Возвращайся к отцу.
— Не хочу я к этому старому пердуну! — упрямо набычился орк.
— Он тебе добра желает. Да погоди ты дуться. Ты пойми и его тоже. Он не то, что не одобряет твой выбор, он его просто не ощущает. Пойти грабить крестьян на лесных дорогах — это не выбор, а срань собачья. Поэтому он тебя хотел в старейшину воспитать, это хорошая жизненная стратегия. Но пойти ко мне на службу и стать солдатом или, если дорастёшь, то и офицером, это тоже стратегия. И он её с радостью примет. Её, а не хрен пойми что. Он не принимал твою позицию не потому, что старый упрямый орк, а потому что позиция у тебя была детская.
— Я не ребёнок!
— Ну так поступай, как взрослый. Его как любого отца интересует вариант, когда сын становится взрослым. Зарабатывает, может жениться, нарожать внуков, иметь крепкое будущее. А будешь ты военным для этого, купцом, фермером или строителем — всё едино.






