ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Штатгаль поднимает новый флаг и это не флаг короля Низира. Заметит ли надменный монарх, что Рос Голицын ведёт свою и только свою игру?

Сергей Шиленко, Тимофей Кулабухов Гостеприимные болота Над Кмабирийскими болотами робко наступал рассвет. Бледно-розовые лучи несмело пробивались сквозь неплотные облака тумана, окрашивая мир в алые цвета. Воздух, густой и влажный, пах болотной тиной, травой и битыми костями скелетов. Очень приятно, что моя хозяйственность относительно шмоток безвременно почившего мага-боевика оказалась не лишней. Жаль, но конкретно мне ничего не пригодилось бы. Длинный меч отошёл Фаэну, а то один лишь лук серьёзно ограничивал его боеспособность и универсальность.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Но уж точно не блохастым бандитом в лесу. Понял меня?

— То есть, второй вариант — это идти к Вам на службу?

— К «тебе». Ты можешь называть меня на «ты». Да, это второй вариант, но ты должен принять его добровольно и написать письмо отцу. Сообщить, что я тебя вытащил и что ты поступил на военную службу ко мне. Он будет рад, вот увидишь. То, что ты сколотил банду, это в тебе кровь вождей-предков играет. Но играет она не в том направлении. Если ты станешь лидером внутри армейских структур, это тоже дань уважения предкам, но более цивилизованная и имеющая будущее.

— Значит, армия создаётся не на одну войну? — задумчиво спросил Гришейк.

— Соображаешь. Может быть и получится из тебя офицер. Но сначала капрал. Я тоже с капрала начинал и ничего, не переломился.

— Я выбираю второй вариант… Только, я это… Читать-писать умею плохо. Ну, чтобы письмо того… складно написать.

— Ничего, у нас есть писарь

Деций, он поможет.

Рой отобразил принятие нового бойца в состав моих подчинённых, навык посчитал орка давшим воинскую клятву.

* * *

Ворота Матмерской башни со скрежетом отворились, выплёвывая наружу поток местного осуждённого мусора. Триста семь разумных. Чуточку больше, губернатор дал «кадров» в нагрузку. Грязные, заросшие, в лохмотьях.

Их глаза, привыкшие к полумраку камер, щурились на вечернее солнце. В них читалась смесь недоверия, затаённой злобы и голодной надежды.

Стражники с копьями наперевес выстроили их в подобие колонны. Губернатор Валдрик прибыл лично наблюдать за процессом, но под охраной и с безопасного расстояния.

Я наблюдал за процессом при помощи Птичьего пастуха, сам с обозами, эльфами и орком, которому успели купить новую одежду взамен лохмотьев, были уже за городом, у «Хлебных ворот».

Пока их вели по городу, кратчайшим маршрутом, я смотрел, губернатор следил, смахивая скупую мужскую слезу. Ну да, он совершил лучшую в его жизни сделку — продал за небольшое вознаграждение в личный карман орду «сливок общества».

Свора шла. Я видел шрамы, покрывавшие их лица и руки, видел хищный блеск в глазах матёрых убийц и пустой, сломленный взгляд мелких воришек. Люди, орки, несколько эльфов с торчащими из грязных волос ушами, угрюмые и все в татуировках гномы. Публика в этот раз у меня разная. Каждый из них был личностью, преступником (не надо тешить себя иллюзиями, что в королевских тюрьмах содержались оболганные невиновные) и проблемой. Но все вместе они представляли собой ресурс.

Народ расступался, шептался, обсуждал.

На выходе из города стража согнала с дороги телегу и по-хорошему предложила обождать с выездом, не путаться под ногами у толпы каторжан.

Орда вывалилась за пределы города и начала строиться.

— Теперь они Ваши, генерал-герцог, — губернатор Валдрик пожал мне руку. — Можно сказать, «передал-принял».