Я, может быть, и не настолько куртуазен, как может показаться, однако, как настоящий мужчина, я не обсуждаю женщин ни с кем.
Она чуть кивнула и плюхнулась в кресло с таким видом, как будто у неё отнялись ноги. Но я прекрасно видел, что это всего лишь последствие моего воздействия. Унтер-офицер медленно приходила в себя, успокаиваясь под влиянием гормонов, которые мне пришлось срочно перенастраивать.
— Анна Павловна — сестра куратора жандармерии, — уже ровным тоном произнесла Вера Дмитриевна. — Те, кто отказывал в её просьбах, вылетали со службы без возможности устроиться хоть куда-то. А потому я решила, что у меня нет выбора, отец бы не пережил, если бы узнал, что моя карьера загублена из-за такого…
Наверное, если бы не успокоительное воздействие моей магии, она бы сейчас смутилась. Однако я сделал так, что унтер-офицер сейчас по эмоциональной шкале находилась где-то на уровне плинтуса. И совершенно ничего не чувствовала.
— Однако я не нашла в себе сил промолчать и не высказать вам всё, что по этому поводу думаю, — закончила своё повествование Воронина. — Раньше я бы сама с вами познакомилась поближе, но теперь, когда это фактически стало моей обязанностью… Понимаете?
Я хмыкнул.
Ну, Анна Павловна, спасибо, удружила. Специально, что ли, чтобы я к Вере Дмитриевне на пушечный выстрел не подходил? А если бы у Ворониной не хватило смелости в лицо графу высказать за такие методы, я бы, получается, стал соучастником принуждения. Мать твою, какая мерзкая старушка. Правильно матушка про неё говорила, Анны Павловны стоит бояться даже больше, чем Екатерины Юрьевны.
— Во-первых, — положил ладони на столешницу я, — я ни в коем случае не стану вас ни к чему принуждать, кто бы и что бы там ни говорил. Во-вторых, я понятия не имел, что её императорское высочество будет пытаться устроить мою личную жизнь. И честно вам скажу, Вера Дмитриевна, эта ситуация не добавляет мне ни хорошего настроения, ни желания с вами сближаться.
Она кивнула, её взгляд погас совсем, но девушка быстро взяла себя в руки.
— Вам, может быть, и неприятно, ваше сиятельство, а мне всё равно придётся это сделать. Я не могу лишиться карьеры из-за того, что осмелилась нарушить приказ её императорского высочества.
Я снова остановил её жестом и вытащил телефон.
— Не думал, что мне когда-либо придётся это сделать, но… — выбрав контакт, я дождался, когда абонент возьмёт трубку, и поздоровался. — Здравствуйте, Дарья Михайловна. Мне очень нужна ваша помощь.
Глава 4
— Конечно, что случилось? — настороженным тоном ответила наследница престола.
— Ваша тётушка воспользовалась своим положением, чтобы приставить ко мне унтер-офицера жандармерии, — пояснил я. — В качестве постельной грелки, Дарья Михайловна.






