Как птичкой управлять я им не мог, вернее сказать, мог, но на коротком расстоянии, объединяя два навыка, а так просто нарезал ему инструкций, что сейчас сделать.
Я заставил его подняться повыше в облака, пока местные не заметили, что в небе кружится дракон, а потом уйти восточнее, чтобы зайти со стороны моря на малой высоте. Можно было бы назвать это «ниже уровня радаров», но в этом мире нет радаров, даже магического аналога и сесть в холмы, в какие-нибудь непролазные кусты, спрятаться от чужих глаз.
Дракону запрещалось приближаться к поселениям, пугать своим зверским видом пасущиеся стада и, в особенности, пастухов, потому что те немедленно сообщат властям.
Сейчас дракон должен был стать всего лишь «маяком» для моей телепортации.
Я
открыл глаза.
Рядом всё так же Фомир, задумчиво смотрящий на море. В бухте выстраивались боевые катамараны, готовились буксировать тушу Тейла подальше в море. С точки зрения флота, я ставил эту задачу из религиозных убеждений. Простая мысль о том, что он через пару дней банально протухнет, его прибьёт к берегу и он завоняет нам всю округу, до них не доходила.
Ладно, пусть верят, во что хотят, главное, чтобы убрали к хренам собачьим это склизкое божество.
— Фомир, Ужас нашёл алтарь.
— Чего? Что за ужас?
— Это наш дракон. У него теперь есть имя.
— Да? Как быстро растут чужие дети, у него уже и имя есть. И что, где там алтарь? Куда идём, кого бьём?
— Пока никто никуда не идёт. Алтарь на Гбарийском архипелаге.
— Ага… Там, значит. Получается, что в каждом регионе по алтарю и не сказать, чтобы они росли плотно, как грибы? — заключил Фомир.
— Так и получается. Просто по какой-то неведомой причине Гбарийский архипелаг никогда не отсвечивал и его алтарь не показывал вредоносного воздействия. Например, он не особенно далеко от Эсцерка, но военную помощь оттуда не прислали.
— Так может, это алтарь кого-то из наших? Или, допустим, Соббека. С потерей бога-покровителя стал нейтральным, — предположил маг.
— Ну, может и так, — не стал спорить я.
Тем временем Костяной Ужас выполнил мой приказ и оказался в каменистых, лишённых растительности местах и потому не особенно интересных для выпаса скота и внимания скотоводов.
Огромное костяное тело застыло среди серых камней. Крылья сложились вдоль боков. Костяной Ужас залёг среди камней и прикинулся шлангом.
Я встал. После лёгкого колдовства Фомира мне и правда стало лучше.
— Фомир, присмотри за городом, вдруг какая злыдня нарисуется, прикрой Гришейка. Героизм плюс тяжёлая артиллерия лучше, чем героизм сам по себе.
— А ты что, куда-то собрался? Опять в Туманные горы.
— В туманные, но не горы. Долго объяснять, просто прогуляюсь и чуть что, вернусь.
— Один? Возьми с собой Сводную роту. Хотя бы Иртыка возьми.
— Пусть отдыхают после драки. Лишнее это.






