Ткани, опять же, доехали, сегодня телеги разгрузят, и рулоны наконец передадут мне в законное пользование.
Насчет оплаты мысль пришла сама, Уля пора повышать. Выплатами парень и так заведует, а слово «человекодень» выговаривает с отдельной гордостью, вот пусть и будет завхозом и бухгалтерией в одном лице, заодно появится кому выдавать инструмент, а то ходят люди к Хоргу на поклон, нехорошо. Ну а главный бухгалтер у нас, как и полагается, староста, других кандидатур не предвидится.
В этих приятных мыслях я неторопливо обошел участок, и зрелище, скрывать не буду, грело душу. У дальней ямы уже мелькали лопаты, Хорг, стало быть, инструмент выдал и никого при этом не покусал, а пожилой копатель вышагивал вдоль шнурка с мерной жердью наперевес и следил, чтобы копали на полный хорг и ни пальцем меньше.
Со стороны реки долетел первый возмущенный вопль, за ним еще парочка, и стало ясно, что знакомство с осенней водичкой состоялось досрочно, до ужина мужики ждать не стали.
Только в зрителях я проходил недолго, руки к такому отдыху не приучены и сами запросили какое-нибудь занятие, а долго искать его не пришлось. Вон, у мыловарни целая горка жмыха выросла! Мыловарки заняты делом, гонят новые порции, а куда девать отработанное сырье, никто пока не придумал, вот и складывают за навесом на чистую тряпочку, и куча эта растет с каждым часом, потихоньку превращаясь в местную достопримечательность.
Впрочем, куда его еще девать? Употреблять в пищу, конечно. Сначала-то думал свинку накормить, Тележка у меня в еде дама неразборчивая, но хорошо, что сперва попробовал сам. Вкусно же! Мякоть и после пресса сохранила и масло, и легкую солоноватость. Да еще и сытно, вроде кусочек скушал совсем небольшой, а сытость пришла будто бы откуда-то изнутри.
А что, если сделать комплексный продукт? Жиров в этом жмыхе целая гора, белок, вроде как, тоже имеется, вот только с углеводами беда, ну так беда поправимая. Сбегал на склад, выудил из запасов бутылочку меда и вернулся к своему жмыху в статусе главного деревенского кондитера.
Первую партию лепил прямо руками, скатывал комок с медом и пытался придать ему благородную форму, а комок в ответ крошился и разваливался, половина смеси вообще осталась у меня на пальцах. Тогда приладил промасленную дощечку, придавливал ею сверху, и выходило уже ровнее, но края все равно расползались куда вздумается.
На этом терпение мое кончилось, я плюнул, сходил за ножом и, покрыв лезвие доброй порцией Разрушения, вырезал из обрезка доски аккуратную формочку, плитку с кубиками, заранее наметив канавки, по которым готовое изделие будет удобно ломать. Дерево под таким лезвием сопротивляться и не пыталось, вся резьба заняла считанные минуты, и получилось что-то размером с гематогенку.






