ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Сергей наконец на свободе и больше всего хочет одного - жить спокойно. Только страна, в которую он вернулся, уже стала другой. Вокруг дикий капитализм девяностых, передел собственности, вчерашние друзья становятся врагами, а на территории бывшего СССР вспыхивают межэтнические конфликты.
Сергей не ищет приключений и не собирается снова воевать. Вот только в такое время спокойная жизнь - роскошь, которую ещё нужно суметь себе позволить.

Я стоял у ворот Лефортово с рюкзаком за спиной и никак не мог сделать первый шаг. Я попросту не верил, что всё закончилось, и закончилось совсем не так, как предрекал мне Михайлов. Год, целый год я просидел в одиночной камере… Первые три месяца после памятного разговора и моего награждения я ждал, потом перестал. Да и в эти три месяца не происходило абсолютно ничего, про меня как будто забыли. Не было допросов, трибунала, приговора, помилования — ничего. Пока есть срок, пусть даже приблизительный, жить проще. Можно зачёркивать дни, считать недели, злиться на тех, кто задерживает решение, но всё равно знать: где-то впереди существует конкретная точка, после которой откроется дверь.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Документы на объект лежат у Валлиулина.

— Его проверяли? — спросил я, кивнув на сторожа.

— Уже, — ответил Равиль. — Работает там двенадцать лет.

— Семья?

Сторож удивлённо посмотрел на меня.

— Какая семья?

— Ваша.

— Жена дома. Сын в Свердловске.

— Вам угрожали?

Он нахмурился.

— Кто?

— Те, кто приезжал ночью.

— Да чего им мне угрожать? Сказали сиди и не высовывайся. Я и не высовывался.

— Кто-нибудь ещё знает, что вы сюда приехали?

— Не знаю. На автобус сел и приехал.

— Когда уехали машины?

— Часа в четыре.

— Сколько пацанов с собой возьмём? — Равиль уже рыл копытом землю.

Я задумался. Может это отвлекающий манёвр? Может именно этого от нас и ждут? Увести половину охраны с основной базы, оставить документы, бухгалтерию и имущество слабее прикрытыми.

— Нет. С базы никого снимать нельзя.

— Совсем?

— Тут останутся все, документы важнее нескольких кранов.

— А туда кто поедет?

— Мы вдвоём. Валлиулин тоже останется тут, если вдруг придётся отбивать очередное нашествие ментов и проверяющих. А мы с тобой самые подготовленные, глянем вначале тихо, что там происходит, и, если что вмешаемся, если будем уверены, что выгребем.

Равиль хмыкнул.

— Согласен. Поедем на одной машине?

— Да, на служебной «Ниве». Она не застрянет если что, дорога там судя по всему убитая.

Перед выездом я ещё раз прошёлся по территории. Парням сказал оставаться внутри. Ворота без команды не открывать. Чужих не пускать. Если снова появится милиция — звонить Валлиулину и вести себя предельно вежливо.

— А если Кравцов? — спросил один.

— Тем более вежливо.

— Насколько?

— Чтобы у него зубы от вашей вежливости сводило.

Равиль уже сидел в машине. Я сел за руль.

— Ты оружие взял? — Спросил он меня в первую очередь.

— Да. — Кивнул я — ТТ копанный, его скинуть не проблема если что. А ты?

— Тоже взял.

— Хорошо.

— Серый.

— Что?

— Ты тоже думаешь, что нас туда тянут?

Я завёл двигатель. Да что тут думать. Так и есть. Нас пытаются заставить распределить силы по обетам и ослабить. Задумали что-то наши оппоненты, как пить дать. Поэтому и нельзя было оставлять базу кооператива без присмотра.

— Думаю.

— И всё равно едем.

— Ага.

— Почему?

— Потому что, если сидеть здесь, мы так и не узнаем зачем.

Равиль несколько секунд смотрел на меня, а потом просто кивнул. Мы давно, ещё с армии понимали друг друга без слов. «Нива» хрустнула передачей и медленно покатила к воротам, которые для нас уже открывали пацаны. Ехать нам предстояло минут сорок.

За городом дорога быстро испортилась, и я похвалил себя за предусмотрительность. Моя «семёрка», или иномарка Равиля давно начали бы буксовать в весенней грязи. Сначала закончился асфальт. Потом исчезли последние дома. Через несколько километров пошёл лес, перемежающийся пустыми полями.