Документы на объект лежат у Валлиулина.
— Его проверяли? — спросил я, кивнув на сторожа.
— Уже, — ответил Равиль. — Работает там двенадцать лет.
— Семья?
Сторож удивлённо посмотрел на меня.
— Какая семья?
— Ваша.
— Жена дома. Сын в Свердловске.
— Вам угрожали?
Он нахмурился.
— Кто?
— Те, кто приезжал ночью.
— Да чего им мне угрожать? Сказали сиди и не высовывайся. Я и не высовывался.
— Кто-нибудь ещё знает, что вы сюда приехали?
— Не знаю. На автобус сел и приехал.
— Когда уехали машины?
— Часа в четыре.
— Сколько пацанов с собой возьмём? — Равиль уже рыл копытом землю.
Я задумался. Может это отвлекающий манёвр? Может именно этого от нас и ждут? Увести половину охраны с основной базы, оставить документы, бухгалтерию и имущество слабее прикрытыми.
— Нет. С базы никого снимать нельзя.
— Совсем?
— Тут останутся все, документы важнее нескольких кранов.
— А туда кто поедет?
— Мы вдвоём. Валлиулин тоже останется тут, если вдруг придётся отбивать очередное нашествие ментов и проверяющих. А мы с тобой самые подготовленные, глянем вначале тихо, что там происходит, и, если что вмешаемся, если будем уверены, что выгребем.
Равиль хмыкнул.
— Согласен. Поедем на одной машине?
— Да, на служебной «Ниве». Она не застрянет если что, дорога там судя по всему убитая.
Перед выездом я ещё раз прошёлся по территории. Парням сказал оставаться внутри. Ворота без команды не открывать. Чужих не пускать. Если снова появится милиция — звонить Валлиулину и вести себя предельно вежливо.
— А если Кравцов? — спросил один.
— Тем более вежливо.
— Насколько?
— Чтобы у него зубы от вашей вежливости сводило.
Равиль уже сидел в машине. Я сел за руль.
— Ты оружие взял? — Спросил он меня в первую очередь.
— Да. — Кивнул я — ТТ копанный, его скинуть не проблема если что. А ты?
— Тоже взял.
— Хорошо.
— Серый.
— Что?
— Ты тоже думаешь, что нас туда тянут?
Я завёл двигатель. Да что тут думать. Так и есть. Нас пытаются заставить распределить силы по обетам и ослабить. Задумали что-то наши оппоненты, как пить дать. Поэтому и нельзя было оставлять базу кооператива без присмотра.
— Думаю.
— И всё равно едем.
— Ага.
— Почему?
— Потому что, если сидеть здесь, мы так и не узнаем зачем.
Равиль несколько секунд смотрел на меня, а потом просто кивнул. Мы давно, ещё с армии понимали друг друга без слов. «Нива» хрустнула передачей и медленно покатила к воротам, которые для нас уже открывали пацаны. Ехать нам предстояло минут сорок.
За городом дорога быстро испортилась, и я похвалил себя за предусмотрительность. Моя «семёрка», или иномарка Равиля давно начали бы буксовать в весенней грязи. Сначала закончился асфальт. Потом исчезли последние дома. Через несколько километров пошёл лес, перемежающийся пустыми полями.






