ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Сергей наконец на свободе и больше всего хочет одного - жить спокойно. Только страна, в которую он вернулся, уже стала другой. Вокруг дикий капитализм девяностых, передел собственности, вчерашние друзья становятся врагами, а на территории бывшего СССР вспыхивают межэтнические конфликты.
Сергей не ищет приключений и не собирается снова воевать. Вот только в такое время спокойная жизнь - роскошь, которую ещё нужно суметь себе позволить.

Я стоял у ворот Лефортово с рюкзаком за спиной и никак не мог сделать первый шаг. Я попросту не верил, что всё закончилось, и закончилось совсем не так, как предрекал мне Михайлов. Год, целый год я просидел в одиночной камере… Первые три месяца после памятного разговора и моего награждения я ждал, потом перестал. Да и в эти три месяца не происходило абсолютно ничего, про меня как будто забыли. Не было допросов, трибунала, приговора, помилования — ничего. Пока есть срок, пусть даже приблизительный, жить проще. Можно зачёркивать дни, считать недели, злиться на тех, кто задерживает решение, но всё равно знать: где-то впереди существует конкретная точка, после которой откроется дверь.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Нет.

Из окна склада показался ствол ППШ. Очередь прошила лежавшие во дворе поддоны. Почти сразу к боковой стене склада подбежали две тёмные фигуры. Оба были в обычных куртках, без формы, но двигались одинаково. Один прикрывал дверь, второй разбил прикладом нижнее стекло и бросил внутрь что-то небольшое.

Грохнуло. Не граната — скорее светошумовой заряд или самодельная хлопушка. Стёкла вылетели наружу. Сразу после этого двое вошли через боковую дверь. Третий неизвестный спустился с крыши и направился к главному входу. Изнутри донеслась стрельба. Несколько длинных очередей, затем короткие. Кто-то закричал. Прогремел выстрел из ружья.

— Пошли, — сказал я.

— А если они и нас положат?

— Если бы хотели, уже положили бы.

Мы обошли склад с другой стороны. Возле грузовых ворот обнаружилась маленькая дверь. Я дёрнул ручку. Не заперто. Внутри было темно. Между рядами ящиков и крановых деталей висел сизый дым. Из глубины доносились шаги и редкие выстрелы. Я двигался вдоль стены, Равиль шёл за мной.

Из-за штабеля выскочил человек с обрезом. Я выстрелил первым. Очередь развернула его и бросила на ящики. Почти одновременно справа появился ещё один. Равиль ударил из ППШ. Бандит упал, не успев поднять оружие. В дальнем конце склада кто-то побежал к выходу. Послышались три выстрела, шаги оборвались. Потом наступила тишина.

— Свои! — крикнул я.

Ответа не было. Мы дошли до середины склада. На полу лежали люди Кравцова. Возле распахнутой двери стоял мужчина с коротким автоматом. Лицо закрывала вязаная шапка с прорезями. Он посмотрел на нас, убедился, что оружие мы держим стволами вниз, и показал рукой в сторону выхода.

— Вы кто? — спросил Равиль.

Неизвестный ничего не ответил. В другом проходе появились ещё двое. Один был выше остальных, широкоплечий, с автоматом непривычного вида — укороченным, с откидным прикладом, но явно не из серии АК. На миг мне показалось, что я узнаю его походку. Именно походку: чуть прихрамывающую после старого ранения, с едва заметным разворотом правой стопы. Я шагнул к нему.

— Подожди.

Он не остановился, и не обернулся.

— Олег? Морозов?

Равиль посмотрел на меня. Неизвестный пошёл дальше никак не отреагировав. Ни подтверждения, ни отрицания. Через боковую дверь они один за другим вышли из склада. Пока мы добрались до двора, там уже никого не было. Только за задним забором мелькнула тёмная фигура, потом донёсся звук заведённого двигателя. Машина стояла где-то в лесу, куда наша «Нива» с дороги не просматривалась.

— Догонять будем? — спросил Равиль.

— Нет.

— Почему?

— Если это те, о ком я думаю, не догоним. Ладно, потом это обсудим. Сейчас контроль!

Мы вернулись во двор. Стрельба продолжалась не больше десяти минут, но база изменилась до неузнаваемости.