― Очнулись, молодой человек? Прикройтесь чем-нибудь. Хотя, конечно, смотреть на юные нагие телеса намного приятнее, чем на старые и дряблые, так что можете ходить так, ― хохотнула динозавриха, окидывая меня внимательным взглядом от босых ног до стоящей дыбом шевелюры.
― И кто здесь старая охальница? ― проворчал дед, снимая драный плащ и набрасывая его на мои плечи.
А отец очень вовремя подхватил за пояс, не давая еще раз позорно шлепнуться на землю.
― Отвалите, сволочи, ― проворчал я сквозь зубы.
Но вырываться не стал. Сил не было. И весь гнев куда-то улетучился.
Я не собирался изображать из себя паиньку. Никогда больше. Но орать, плеваться и крушить уже не хотелось. Я еще отомщу, конечно. Отомщу много и со вкусом. Но пока слишком устал и вымотан. Месть ненадолго откладывается.
― Где Ада? Говорите прямо, пока я не потерял терпение окончательно.
― Я скормила вам обоим почти годовой запас энергии гнезда. ― Появившаяся неизвестно откуда Эрна начала аккуратно сматывать расстилавшуюся по всему бывшему двору академии паутину. Ей вовсю помогали ее более молодые копии. ― У тебя эмоции сдетонировали в спонтанную инициацию защитника. А у девочки — в спонтанную же эвакуацию. Никто ее не похищал, она сама сбежала от Беара.
― Почему я вообще должен вам верить? Всю мою жизнь вы просто врали. Врали, врали, врали. С женитьбой — врали, с этой инициацией врали, с паучихой врали. Может, вы снова пудрите мне мозги, пытаясь провернуть очередную интригу на уровне совета.
― Никто тебе не врал, успокойся. ― Отец попытался погладить меня по голове. Я поймал себя на желании огрызнуться. Натурально огрызнуться — вцепиться в его руку зубами. ― Ты просто читал детские книги. И играл в детские игры. Это необходимо.
― Детские книги?! Детские игры?! Все эти… вся библиотека клана — детские книги?! Вы издеваетесь?
― Весь купол — детский сад, ― неожиданно продолжила мою мысль старая динозавриха. ― Да, ты совершенно прав.
― Тогда какого предка вы тут сидите, взрослые такие и умные! Валите за него!
― А мы сами… ― Дед вздохнул и тоже погладил меня по волосам. Да что ж такое, я же не пушистый цыпленок, чего им приспичило меня лапать?! ― Ты первый за много поколений василиск, который имеет шанс по-настоящему повзрослеть. И, возможно, помочь остальным. Видишь ли, внук, все мы — не просто детский сад. Мы детский сад для инвалидов. Неспособных выжить во внешней среде. Без защиты этого вот «инкубатора». Когда-то давно сюда, под купол, поместили самых безнадежных. Тех, кто не смог слиться со своим обликом. И в обычном мире просто не выжил бы. Сначала нами занимались, пытались лечить, изучать. Но
со временем практически бросили. Нам самим пришлось сначала поверить, а потом доказывать, что эта слабость не приговор. И вы с Адэрин — наш единственный шанс.






