Но говорить я ей об этом пока не буду, слишком уж явно цыпленок в них вцепилась.
― Тайгри, действительно, успокойся уже. Больше никакого внушения точно нет, а с описанием внешности ты перебарщиваешь. Кто угодно смотрелся бы плохо после тяжелых испытаний, ― сказал я вслух.
А про себя подумал: только не Ада. Она милая и пушистая… скоро будет.
― Слушай, вот в этом я не уверена! ― Ада потянулась, чтобы достать губами до моего уха, чем вызвала волну мурашек по всему телу и несанкционированный подъем некоторых частей тела. ― Слишком подозрительно они все шарахаются. Точно так же, как раньше липли.
― Да? Еще лучше, ― улыбнулся я.
― Что лучше?
― А… ничего, просто переволновался за тебя. Не беспокойся, разберемся. Я же не шарахаюсь. Значит, никакого воздействия нет. А у них просто на контрасте с прошлым образом такие приступы, ― попытался я успокоить курочку, скрывая в глубине свое ликование.
Это ж получается, никто к ней теперь не то что приставать не будет, вообще не подойдет! Ни женихов, ни последователей, ни нянек.
― Ты и раньше не умилялся так, как другие, ― хмыкнула мне в шею несносная девчонка. И добавила то, от чего я едва не растекся медом по сиденью экипажа: ― Ты всегда был особенный.
Да, я такой. Самый особенный, крутой и сильный. Невосприимчивый ни к какому воздействию, ни к положительному, ни к отрицательному. Хах, самому смешно. Кажется, василиск, поселившийся во мне, принес с собой не только магию общего облика, но и петушиное самомнение.
Увы, удар по этому самомнению ждал меня совсем скоро: как только вереница экипажей
въехала на территорию академии и я вынес свою курочку на руках во двор.
― Ада! ― Хоровой вопль едва не оглушил всю спасательную экспедицию.
А потом ее едва не затоптал отряд из четверых ящеров. Четверых, я не ошибся!
Ладно братья. В конце концов, им немножко можно. В меру. Они мои будущие родственники. Но куда, мать его, лезет гнилой паршивый геккон?! И с какой стати он повис на моей невесте словно прищепка?!
― О, ну это… оригинально. Теперь ты больше похожа на ящерку, ― сказал он после того, как я отодрал его от девушки за шиворот. А та отдышалась и проверила, цело ли трофейное яйцо. ― А что это у тебя? Да ладно! Настоящее?!
― А на меня, значит, можно внимания не обращать? ― Василиск в голове бил крыльями и рыл землю шпорами. ― А ну, пшел отсюда, мелкий вредитель!
― Дейлен. ― Адэрин улыбнулась мне, погладила по руке и мне моментально расхотелось убивать. Хм… ― Тин, давай все потом. Я устала и…
― Между прочим, спасал тебя я. ― Мое обиженное бурчание удивило меня самого. ― А это бесхвостое сидело и грело лапы дома.
― Конечно, ты спасал. ― Улыбка у курочки стала еще ослепительнее, чем была. Даже чумазость ей шла.






