И это стало последней каплей. Я поняла, что или убегу, или к чертям умру. Скорее второе. Но я все же подскочила на ноги.
То, что происходило в следующие мгновения, я не забуду никогда.
Поднявшись, я оказалась лицом к этому мужчине и прекрасно видела, как он снова направил пистолет. Уже теперь безошибочно в меня. Одна крошечная секунда. Наверное, мне следовало попрощаться с жизнью, а я думала лишь об одном: о том, что сегодня не побежала за Ридом. И это сожаление буквально разрывало меня на куски. Так, что даже реветь хотелось. А еще жить — чтобы все-таки оказаться рядом с Мейсоном. Сказать ему все, что не успела.
Внезапно чья-то ладонь легла на мою талию, и меня дернуло назад. А потом между мной и тем мужчиной возникла стена. Судорожно подняв взгляд, я поняла, что это Мейсон, и даже успела обрадоваться. Это произошло само по себе. Словно одно его появление уже стирало из моей души весь страх.
Но когда раздался выстрел, радость тут же испарилась.
Я опять закричала, и вместе с этим раздался грохот. В дом ворвалась охрана.
Нападающий бросился вглубь дома, и все, что я теперь слышала — это крики и топот. Удалось ли его поймать, не знала. Если сейчас я и могла о чем-то думать, так только о Мейсоне.
— Ты… — прошептала я дрожащим голосом, онемевшими пальцами хватаясь за ткань его водолазки. — Он же в тебя не попал?
В полумраке я отчаянно всматривалась в лицо Мейсона, а затем опустила взгляд и увидела на полу капли крови. На Риде была черная одежда. Кровь на ней практически незаметна, особенно при таком освещении, но на полу становилось все больше и больше капель.
А я оставила телефон в спальне. Даже в скорую позвонить не могла.
К счастью, это сделал Миллиган, который ворвался в дом вместе с остальными телохранителями. Я слышала, как он кричал, требуя немедленно прислать медиков.
— Ку… куда он попал? Тебе больно? Ты меня слышишь? — раз за разом спрашивала я, не замечая струящихся по щекам слез.
Мейсон рухнул в кресло и запрокинул голову. Он был в сознании, но ничего не говорил, и это жутко пугало.
Меня трясло. Рыдания становились лишь сильнее. Я не знала, что делать. Проклинала себя за то, что сейчас, когда мой мир рушился, я совершенно бесполезна.
Еще и скорая ехала невыносимо долго.
В итоге я села на пол рядом с Мейсоном и, закрыв лицо ладонями, заплакала навзрыд. Безмолвно крича. Испытывая такую боль, словно это в моей грудной клетке сейчас засели пули.
Я ощутила прикосновение. Резко убрав ладони, подняла взгляд, понимая, что Мейсон положил ладонь мне на голову. Еле ощутимо погладил. Успокаивал? Зачем? Это я должна его успокаивать. Говорить, что все будет хорошо. Но в итоге просто впала в истерику.
Наконец приехала скорая, и Мейсона забрали в больницу. Меня тоже туда отвезли, но на другой машине.






