Все правда…
На улице стояла теплая погода, и солнце согревало землю, но Сандре стало жутко холодно, словно внутри разливалась ледяная пустота и бушевала вьюга. Она обняла себя за плечи, чтобы согреться, но тени прошлого настойчиво лезли под кожу, вызывая дрожь.
– Мама, тебе холодно? – Дженни дернула ее за рукав.
– Немного, милая. Идем обратно, – горько вздохнула Сандра и взяла дочь за руку.
Всю дорогу Дженни что-то спрашивала, о чем-то рассказывала, а Сандра лишь кивала или соглашалась, думая совершенно о другом. Ее мысли вернулись в прошлое.
Лисбург, 2010 г.
Их с Кристианом сладкое, волшебное и безумно потрясающее лето длилось два месяца. Сандра купалась в пьянящем ощущении любви. Голова кружилась от счастья, бабочки порхали не только в животе, а во всем теле, и постоянно бросало в жар от взгляда зеленых глаз.
Тем поздним вечером они лежали на траве под усыпанным звездами небом, прижавшись друг к другу, как слипшиеся палочки «Твикс», и мечтали о будущем, где Кристиан станет фотографом, а Сандра откроет свою художественную школу.
– Сандра?
– Что?
– Ты можешь пообещать мне кое-что? – Кристиан повернулся на бок к ней лицом, подперев ладонью голову.
– Надеюсь, ничего криминального, – усмехнулась Сандра, повторив его позу.
– Лето скоро закончится, ты вернешься домой. Пообещай, что мы не потеряем связь. Я куплю мобильный, и мы сможем созваниваться, или списываться, или…
Сандра прижала указательный палец к его губам и прошептала:
– Тш-ш. Конечно, мы не потеряем связь! Я буду приезжать иногда по выходным.
– Обещаешь?
– Обещаю! Я ведь люблю тебя.
– Я сильнее! – продолжил спорить Кристиан, хитро улыбаясь.
Сандра потянулась к его губам, прекращая их любимую игру, но ее отвлек посторонний звук – тихий хруст ветки.
– Сандра! – голос отца прогремел на всю округу и спугнул спящих на деревьях птиц.
В одно мгновение они с Кристианом подскочили с земли и уставились на Роберта Локвуда.
– Папа?!
Появление отца обрушилось на них настолько неожиданно, словно снежная лавина. Холодная и стремительная.
– Добрый вечер, сэр! – почти одновременно с Сандрой произнес Кристиан.
– Живо в дом! – процедил отец.
– Папа, мы просто смотрели на звезды. Ничего плохого не делали. Это Кристиан, он… – тараторила Сандра, чувствуя приближение настоящей катастрофы.
– Мне еще раз повторить?
Отец схватил Сандру за запястье и потащил в сторону дома. Кому, как не Кассандре, знать: если отец в ярости, лучше переждать бурю – это все равно что сражаться с ветряной мельницей.
– Кристиан, мы завтра поговорим, ладно? – попросила Сандра, стараясь интонацией передать сожаление.
– Бесстыжая! Ночь, а она валяется на земле непонятно с кем! – Роберт Локвуд выплюнул слова брезгливо, словно перед ним лежала вонючая куча мусора.






