ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Семейная жизнь Сандры давно ощущается как клетка, а муж с каждым днем все больше напоминает ей деспотичного отца. Ради дочери она готова терпеть, но ночной телефонный звонок становится переломным моментом – умирает бабушка Сандры.
Приехав на похороны, Сандра находит свой старый дневник, хранящий воспоминания о первой любви, и письмо от бабушки с просьбой передать фотоаппарат человеку, который когда-то разбил сердце девушки. Перечитывая записи, Сандра вновь ощущает забытые счастье и трепет от ее истории с мальчиком из прошлого.
Теперь Кристиан – популярный фотограф и живет совершенно другой жизнью. Может показаться, что он давно забыл прошлое, но история отношений с Сандрой по-прежнему живет в его сердце.
Почему первая любовь обернулась болью? И как повлияют тени прошлого на их настоящее и будущее?

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– Мы просто разговаривали! – защищалась Сандра, чувствуя себя виноватой перед Кристианом. Она знала, что в ночной тишине он хорошо слышал оскорбления отца.

– Я видел все своими глазами!

– Ты ничего не видел! Отпусти, мне больно! – Сандра выдернула руку и побежала к дому.

В дверях она столкнулась с матерью.

– Мам, там папа…

– Замолчи! – прикрикнула мать, сердито сверкнув глазами. Она сжала губы в тонкую линию, поглядывая за спину Сандры.

– Эби, Кристиан – хороший мальчик, – попробовала заступиться бабушка.

– Мам, не вмешивайся! – тут же отрезала Эбигейл Локвуд. – Тебе поручили присматривать за ней, а не заниматься сводничеством!

Бабушка всплеснула руками и покачала головой.

– Эби, ну зачем ты так? Кристиан…

– Хватит! Разве ты не понимаешь?! Кто угодно, но не этот мальчишка!

– Эбигейл, ты себе жизнь испортила, теперь в ее вмешиваешься, – горько вздохнула бабушка, глядя на свою дочь с какой-то тихой грустью.

Входная дверь хлопнула так сильно, что Сандра вздрогнула от испуга.

– При всем моем уважении к вам, миссис Кларк, но не лезьте в воспитание моей дочери! – отец стоял посреди комнаты сердитый, как черная туча, и сжимал кулаки. – Этот голодранец…

– Не говори так о нем! Ты не знаешь Кристиана! – взвилась Сандра. В ней вскипала злость к отцу. Будь она старше на пару лет, ответила бы жестче, плюнула на все и убежала, хлопнув дверью.

– Он – грязь! Пятно на моей репутации! Чтобы моя дочь водилась с сыном преступника и матери-алкоголички? Нет, Кассандра! Ни за что на свете!

– Папа! – выкрикнула Сандра, чувствуя, как по щекам потекли горячие слезы. Она снова ощутила себя той обиженной девятилетней девочкой, которая вместо похвалы за старания услышала от отца, что вышло посредственно, плохо.

– Роберт! – попробовала заступиться бабушка, пока мать Сандры молча наблюдала за всем происходящим, словно зритель.

– Помолчите, миссис Кларк.

– Папа, я люблю его! И он меня тоже! – выкрикнула Сандра.

Отец схватил Сандру за грудки, глаза его пылали яростью.

– Живо в свою комнату, и не смей даже заикаться о нем! – Голос отца был ровным, но Сандре стало только страшнее. – Ты поняла?

– Д-да, – заикаясь, ответила она.

Отец отпустил ее, и Сандра побежала в комнату, достала дневник и начала записывать:

«Дорогой дневник, это было ужасно. Я испугалась, что он так же изобьет меня, как маму в тот вечер…»

* * *

Весь следующий день Сандра не находила себе места. Она боялась отца, но не встречаться с Кристианом не могла. Общение с ним стало жизненной необходимостью, глотком свежего воздуха.

Ближе к вечеру бабушка Руби сказала, что ее спрашивала Лили. Сандра недоуменно посмотрела на бабушку и по многозначительному взгляду поняла, что под Лили она подразумевала Кристиана.