Я просто любила его, и мне невыносимо было видеть, насколько подавленным, растерянным и виноватым он себя чувствует. Хотелось хотя бы немного облегчить его боль и просто быть рядом.
Вдохнув поглубже и стараясь собрать разрозненные мысли в одно целое, заглушить внутренний голос сомнения, я подошла ближе и нежно взяла его лицо в свои ладони.
– Я знаю, тебе больно. – Мягко касаясь его щек большими пальцами, я заглянула ему прямо в его глаза, почти шепотом произнося слова у самых его губ. – Ты злишься, расстроен и боишься, но мне тоже страшно. И мне больно видеть, как ты пытаешься справиться со всем этим в одиночку. – Слезы катились по моим щекам, и я не старалась их вытирать. – Но так было в прошлом. Теперь ты
больше не один, Диего. Я люблю тебя, и я здесь, рядом с тобой. В светлые дни и темные ночи. Всегда. Просто позволь мне быть рядом. Позволь мне стать твоим утешением. Пожалуйста, детка.
Солоноватый привкус слез остался на моих губах, когда я смотрела на Диего. Его глаза были полны той же боли, что и мои, и это подталкивало меня продолжить.
– Мы справимся со всем вместе. Обещаю. Просто дай мне возможность помочь тебе.
Поднявшись на цыпочки, я осторожно прикоснулась своими губами к его. Они мягкие, влажные, на вкус точно такие же, как и мои слезы.
Я замерла, задержав дыхание, ожидая его реакции. Проходили секунды, но Диего оставался неподвижным. Мои губы оставались сомкнутыми, когда он сощурил глаза, и его руки продолжали висеть вдоль тела. Я ждала, когда он ответит на этот поцелуй, возьмет инициативу в свои руки, крепко обнимет меня и поцелует так, как умел целовать только он – будто целуя само мое сердце.
Но вместо этого он вонзил последний кинжал в мое сердце, не оставив ни малейшего шанса на исцеление.
– Думаю, тебе стоит уйти.
Слова застряли у меня в горле, в висках пульсировало, комната вокруг закружилась. Это не могло быть правдой, это просто шутка, верно? Но выражение его лица говорило об обратном.
Диего сделал неуверенный шаг назад, опустив голову и избегая моего взгляда, оставив меня стоять, прикованную к полу и пытающуюся осмыслить услышанное.
– Ч-что? – Мой голос дрогнул, когда я переспросила, едва удерживая равновесие.
– Я сказал, что тебе стоит уйти.
Его серьезный, ледяной тон заставил меня отшатнуться. В момент, когда эти ужасные слова слетели с его губ, я заметила в его глазах боль и разочарование. Но вместе с этим там было еще что-то – какая-то пустота, которая раньше заполнялась нашей любовью.
Это мое воображение так безжалостно играло со мной? Потому что я не могла найти оправдание тому, что человек, которого я так сильно любила, мог говорить подобные вещи.
– Ты… ты ведь не можешь это иметь в виду, да? – с последней искоркой надежды и остатком гордости спросила я, надеясь на его благоразумие.






