Вот он открывает бутылку, жадно впивается губами в горлышко и осушает ее в одно моргание.
Каждый его шаг ко мне звучит долго, будто кто-то зажимает пленку. Мое дыхание перехватывает: черный гоночный костюм расстегнутый до пояса, накаченная шея, где видна каждая мышца, чуть влажные взлохмаченные волосы, горящие глаза…
— Поцелуя не будет, Алекс Эдер. Ты же не победил, — опускаю взгляд.
От количества адреналина трясет.
— Поехали.
Он даже не спрашивает. Потный, грязный, весь в шампанском, Алекс берет мою руку и выводит из боксов и заталкивает в машину. Я хихикаю, точно пьяная, вспоминая простую, но отчего-то важную строчку на экране: «Марта Вавилова, модель и девушка Алекса Эдера».
До номера мы идем быстрым шагом, и, щелкнув карточкой, Алекс заталкивает и накидывается, как только захлопывается дверь.
Целует в губы, проталкиваясь в рот горячим языком. Его кожа горит. Наверное, никак не остынет после гонки. Я же, наоборот, леденею, когда внутри полыхает и жарит.
Обнимаю Алекса за шею, притягиваю совсем неблагородного гонщика к себе.
Черт, это как я скучала по нему? Оторваться от Алекса вдруг кажется чем-то запрещенным. Дурнота возится в желудке от понимания, что я могла сейчас находиться в Италии, в одиночестве и своей никому не нужной правде.
— Алекс… Алекс, — зову словно в бреду.
Как я могла забыть чувство внутри, когда обнимаешь своего человека?
— У тебя что-то серьезное? — отрывается от поцелуев моей груди и смотрит волком. Изголодавшимся, молодым волком.
Качаю головой.
— Тогда помолчи.
Его наглость хочется заглушить очередным выпадом, но не успеваю. Алекс вновь касается моих губ своими, подавляя мое негодование и превращая его в протяжный стон.
На пол летят мои джинсы, шубка и топ. К ним сверху присоединяется мокрый комбинезон Эдера.
Взвизгиваю, когда Алекс подхватывает меня на руки и несет к кровати. Потом бросает, от чего я подпрыгиваю, сам нападает сверху и расталкивает ноги в стороны, устраиваясь между ними.
Толчок. Выгибаюсь, цепляя покрывало под собой. Из приоткрытых губ соскальзывает шумный вдох. Меня прошибает искрами тока от макушки до пальчиков ног. Открыв глаза, встречаюсь с темно-серыми, как грозовые тучи, глазами Алекса.
— Простила
меня? — с хрипотцой спрашивает, глубоко толкаясь.
— Простила, — тянусь к его губам и целую первой. В поцелуе чувствую довольную улыбку Алекса.
Наши языки сталкиваются, жадно трогая и лаская друг друга. Движение внутри меня ускоряется. Руками вожу по влажной, напряженной спине. Черчу по ней ногтями. Кайфую. От удовольствия мычу. Меня накрывает мелкой дрожью.
— Любишь? — спрашивает на пике.
Мы дышим нервно, синхронно. Одно дыхание на двоих. Близко-близко. Может, я и вовсе плачу? Ощущений так много, не описать!
— Люб-лю-ю, — отвечаю рвано.
Алекс берет меня быстро.






