ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

— Ты его знаешь? Того, кто заплатил за танец с тобой? Это же такие деньги! — быстро лепечет Мария.
— Знаю, — сухо отвечаю.
— И кто он? — не отстает.
— Алекс Эдер, — произношу лениво.
— Симпотяга, — прикусывает край губы и продолжает пялиться в зал.
Если Мария думает, что я продолжу мусолить тему моих прошлых странных отношений с Эдером, то она глубоко ошибается.
Эта тема — табу в квадрате. Никто не в состоянии вытащить меня на эмоции или заставить поностальгировать по прошлому. Алекс Эдер — мое прошлое. Я любила его всем сердцем, а сейчас...
— Свободный, не знаешь? — перевожу усталый взгляд взгляд на любопытную Марию.
— Не знаю и знать не желаю!
* * *
Мы расстались с Алексом просто ужасно. Он выбрал другую, изменив мне, а я склеивала себя по кусочкам все два года.
Сейчас я другая, и у меня есть классный парень, и я больше не позволю Алексу Эдеру ворваться в мою жизнь, чтобы в очередной раз растоптать мои чувства.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Стучусь и думаю про себя: только бы он оказался дома. Только бы открыл, не прогнал.

Марта, Марта, никто и никогда не полюбит тебя, потому что ты жалкая и вечно в беде! Проблемная девица из маленького сибирского городка!

Дверь открывается. Он почему-то в пляжных шортах и белой майке. Босиком, как и я. Волосы взъерошены, я едва вижу его глаза.

— Алекс, — расправляю плечи.

Без единого слова Эдер отходит в сторону, позволяя мне пройти. Подумав, делаю этот шаг.

Глава 17. Марта

— Извини, что побеспокоила. Ты, наверное, уже спать собирался, — активно тру ладони.

Голова чуть опущена, вся косметика же потекла. Мне не нужно, чтобы Алекс видел меня такой убитой. Хватит!

Еще и эти ноги грязные… Сколько километров я пробежала? Не чувствовала ничего, кроме рези в животе и желания выжить. Теперь стопы щиплет. Поранилась.

— Все. В порядке. — Алекс меня разглядывает.

Я же пытаюсь понять, безопасно ли здесь. Не совершила ли еще одну ошибку? Все до одного мужчины причинили мне боль. Я не могу никому доверять.

— Кофе? — спрашивает.

Судорожно прохожусь пальцами под нижними веками, пытаясь оттереть тушь. Нужно улыбнуться и сказать «Пожалуйста». Как вернуться из состояния, в которое меня вогнали Эванс и Коуп? Кофе — отличное решение.

И тут же слова Тристана вспоминаю. Его руки на моем теле, голодные глаза и спина Стефана. Он от меня отказался, когда в тот же вечер называл своей женщиной и предлагал свой дом. Этот мир такой лицемерный, а город лживый, как и люди в нем.

Сжимаю рукой горло и киваю Алексу. Сглатываю и покусываю губы.

— Я могу пока воспользоваться твоим душем? Пожалуйста, — на последнем слове голос садится и выдает слезы. Я сильно-сильно впиваюсь ногтями в бедро.

— Конечно.

Отхожу от Алекса и поворачиваюсь к нему спиной. Стены узнаваемы, пусть я и не была здесь два года. Запах… Туалетная вода гонщика и немного цитрусовых. Свежо, приятно. Чуть знакомо.

Без заминок вспоминаю, где ванная комната. Оказавшись там, захлопываю дверь и стекаю на пол. Беззвучно плачу. Нет, реву. Реву так, что если бы я делала это в голос, то дом был бы разрушен до фундамента.

Мой страх выливается наружу через слезы, дрожь, пот. Тошнит. На языке то вино. Открыв холодную воду в кране, жадно пью.

Пальцами цепляюсь за край. Толстый фаянс трещит и скрипит под моими пальцами.

Умываюсь мылом, смывая остатки макияжа. Расстегиваю молнию на платье, когда понимаю, что я больше никогда его не надену. В него впиталась моя боль. Комкаю, выкидываю в урну. Алексу скажу, что испачкала. Вряд ли он будет копаться и выяснять, а утром придет уборщица и избавится от мусора.

— Алекс? — зову, зажмурившись.

Одна ночь. Мне нужно пережить одну ночь и очередной позор в глазах Эдера.

— Можно еще попросить у тебя одежду? Я постираю и все тебе верну, — кричу в приоткрытую дверь.