— Ты… ты… у меня просто нет слов.
— Даже если мне будет сложно и страшно, я никуда не денусь. К тому же всегда можно попросить помощи у твоих родителей и Сабины.
Может, виноваты гормоны, но, казалось бы, после такой вдохновляющей речи мне не становится легче. Мне почему-то именно сейчас становится его жаль. Вроде как, есть реально существующая мать, но, по сути, только по документам. Она лишь оболочка от человека, которая и при нормальной жизни особо не интересовалась жизнью детей, что уж говорить про сейчас.
— Я уверена, что ты будешь хорошим папой.
— Я буду рад, если это будет так, — приподнимается на руку, опираясь на локоть. Свободной рукой поднимает вверх мою футболку, оголяя живот. — Ну что, пойдем прогуляемся, девчонки?
— Я не так что бы за. Надо одеваться, натягивать колготки, чтобы надеть платье в распашонку, потому что я не выйду на люди с такой огромной жопой в джинсах.
— А что скажет Алина?
— Что я ей скажу, то она и сделает. Не доросла еще, чтобы руководить мной.
— Ладно, возьму на себя огонь. То есть общее решение. Девчонки, мы идем гулять. Мальчики тоже, — переводит взгляд на Тихона. — Встаем.
Яр тянет меня на себя, и я не хотя, но все же решаюсь на прогулку, хотя постоянная боль в пояснице снова напоминает о себе.
Несмотря на то, что у меня порой случаются психозы из-за невозможности делать элементарные вещи самостоятельно, в надевании колготок есть особый шарм. Учитывая, что делает это Крапивин. На коленях. Да уж, мечты сбываются, когда их уже не ждут.
— Когда я имела в виду, что хочу, чтобы ты встал на колени, я не это имела в виду.
— Ну я тоже думал, что когда ты говорила, что не умеешь завязывать шнурки, ты имела в виду, что шутишь.
— Я умею. Просто неудобно.
— Ага.
— Но в принципе так даже лучше. Не мимолетное вставание на колено с кольцом, а сразу на две коленочки. И так приятно пыхтишь надо мной, чтобы колготки не свисали и не натирали мои жирные ляжки. Интересно, если я превращусь в одну из женщин, которые весят двести килограммов, ты будешь таким же заботливым и будешь переворачивать меня в кровати, чтобы не образовались пролежни?
— Разумеется, нет.
— Бросишь меня, да?
— Нет, конечно. Ты просто меня сожрешь, поэтому помогать будет некому. Ну все, готово, — приподнимается с колен. — Пойдем выгуливать тебя.
Хотелось бы мне сказать, что это все мои капризы, но спустя полтора часа прогулки, интуиция стала подсказывать, что мои вечно ноющая поясница и низ живота ощущаются совсем по-иному.
— Ярослав Дмитриевич?
— Оу? — в очередной раз бросает палку Тише и переводит на меня взгляд.
— Не хотелось бы нарушать столь умиротворяющую картину, но у меня появилось странное ощущение.
— Какое?
— Мне кажется, я рожаю…
* * *
Когда кажется, креститься надо, а когда крестишься… роды проходят идеально.






