ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Рамиль Шакиров — гениальный шахматист, мизантроп и контрол-фрик с эмоциональным диапазоном калькулятора.
Он не умеет ухаживать.
Не терпит хаоса.
И не собирается влюбляться.
Впрочем, как и я.
Но у судьбы на нас: а) свои планы.… б) отличное чувство юмора.
А еще ж он такой красавчик!

Выпрямляюсь, стирая с лица льющиеся слезы. Я была уверена, что в подсобке у моей истерики не будет свидетелей. Собственно, поэтому я ее и выбрала. Голос у Шакирова очень даже ничего. С легкой хрипотцой и отменной дикцией. Ему бы ведущим новостей на главном канале работать, а он, верите, шахматист! Среди клиентов элитного спортивного клуба, где я работаю, хватает заносчивых задниц, но Рамиль даст фору им всем. Моя начальница утверждает, что он мизогин. Но как по мне, он просто редкостный мудак. Обожаю его цеплять, зная о его нелюбви к людям.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— За кого вы меня принимаете?! — тут же взвиваюсь я.

— Хочешь сказать, он не предлагал? — цокает Рамиль.

— Откуда вы знаете? — подозрительно сощуриваюсь. Потому что да. Было дело, я упоминала. Когда родители Артема настояли на его свадьбе с дочкой своих друзей, Тёма в самом деле предложил мне остаться у него на содержании. Мужик он богатый. И все бы ничего. Но я же его любила! И верила, дура… Сама ждала со дня на день предложения. А он за

моей спиной… Ы-ы-ы… — Вы подслушали?!

Шакиров закатывает глаза:

— Конечно, нет. Зачем? Мужчины редко бывают оригинальны. Тем более мажоры, вроде твоего бывшего. В жизни вообще не так много сценариев, по которым могут развиваться события.

— А вы в жизни тоже все пытаетесь просчитать? Вам, что ли, мало шахмат? — парирую я с наездом.

Рамиль смотрит на меня сверху вниз. Вот кто бы мог подумать, что он может быть таким разговорчивым? Обычно Шакиров избегал любого рода коммуникации. Да он даже не здоровался! Просто проходил мимо ресепшена с каменной мордой, и все! Я потому его и невзлюбила.

— Это происходит помимо воли, — лениво роняет он. — Вопрос привычки. На самом деле шахматы мне интересны в гораздо большей степени.

— Как по мне, такой подход и убивает всю романтику! Хоть помимо воли, хоть нет.

— Столкнувшись с реальностью, романтика прекрасно дохнет сама. Кажется, уж ты бы должна была это заметить.

Фыркаю, хватая с полки бутылку воды.

— Что-то душно, — вздыхаю я, обмахиваясь ладошкой. И ладно бы душно от него, так ведь не только! Мне в целом как-то не по себе. Сбивает с толку непонятно с чего вдруг разговорившийся Шакиров, все так же стоящий напротив со скрещенными на подкачанной груди руками. И полотенце это несчастное, каким-то чудом держащееся на его бедрах. И мое внимание к совершенно неуместным вещам! Как то каплям воды на его ключицах. Или блядской дорожке, уходящей под узел на полотенце…

Скольжу выше и спотыкаюсь о его насмешливый взгляд.

— Нравлюсь?

— У вас мания величия.

— А у тебя очень выразительное лицо.

То есть манию величия он не отрицает? Как бы ему напомнить, что не такой уж он и крутой?! Хозяйка клуба Ива как-то упоминала, что Рамиль в этом году съехал с первого места в мировом рейтинге, и страшно по этому поводу переживает. А я думаю, что так этому спесивому козлу и надо.

— Мечтайте, — бурчу я, понимая, что в этом словесном соревновании я ему проиграла с разгромным счетом. Ну, да ладно. Проигран бой, а не война! Так решив, ретируюсь с поля сражения. Но у двери останавливаюсь. Вскидываю подбородок и с вызовом заявляю:

— Кстати, Рамиль, вы ошиблись.

— В чем? — ведет бровью Шакиров, оборачиваясь через плечо. Мышцы на его спине перекатываются. Я залипаю. Откашливаюсь:

— Да во всем примерно. Так себе вы стратег.