Перед нами возвышался конус улья, недостижимой вершиной пытаясь проткнуть розовое небо.
— Какой же он… — внезапным шёпотом произнесла моя спутница, задирая голову и придерживая рукой треуголку. Улей Светозарных легко побеждал высотой любое здание в Айурэ и даже шпили храма Рут во Вранополье. Люди пока так строить не научились.
Издали он казался отлитым из серо-белого металла, который неизвестные художники покрыли налётом инея, складывающегося в сложный геометрический рисунок. Но стоило подойти ближе, как становилось понятно, что это не металл, а материал, напоминающий кость с множеством крупных, величиной в арбуз, вмятин, покрытых разбитыми беловатыми друзами мутных кристаллов.
Конус вырастал из застарелой, едва угадывающейся среди одуванчиков, не ясно как выживающих в этом холоде, оплывшей вмятины, опираясь на восемьдесят шесть массивных костяных ног-опор, каждая из которых росла из земли, уходя в неё глубоко, точно корень.
Хотя, почему «точно»? С учётом того, что ульи Светозарные растят, как садовник растит любимый цветок, аналогия с корнями вполне себе подходящая.
— На рисунках они немного иные, — моя подопечная изучала поверхности, поры, кристаллы. Словно находилась в анатомическом театре, на лекции, желая запомнить каждый нюанс.
— На рисунках их предпочитают изображать в… хм… величии. Когда улей живой и полный. А этот мёртв, его уничтожили, на наше счастье. Так что любуйся, если так можно сказать, скелетом разрушенных надежд. Этот улей самый первый из появившихся и ближайший к Айурэ. Больше мы таких ошибок не допускали, особенно после того, как Светозарные перестали выходить из глубины и не противостоят рейдам в полную силу.
Элфи подошла к опоре, тянущейся над ней ещё на добрых сорок футов, с сомнением положила ладонь на ледяную поверхность:
— Они ведь долго растут.
— Годами. Этот упустили, потому что сочли каким-то новым проявлением Ила, и когда он раскрыл соцветия друз… — я пожал плечами. — Ты знаешь историю. Эта совиная дрянь едва не развалила Шельф, а уж «ворота» она открыла такие, что чтобы их захлопнуть, пришлось попотеть. Теперь за появлением ульев стараются следить и уничтожать их, как только они становятся опасны.
Элфи не спросила, почему улья не уничтожают сразу, стоит лишь их обнаружить разведчикам. Прежде, чем эти громадины начинают медленное шествие в направлении Враньего кряжа, перебирая поочередно каждой из восьмидесяти-шести ного-опоро-корней. Все в Айурэ знают: пока улей растёт, растёт и шанс — в его друзах зреют редкие многогранные руны. А может, и золотые, вроде той, что мне как-то презентовал Капитан, забрав её у Кровохлёба.
Тогда, едва он будет уничтожен, друзы лопнут и выплюнут в мир то, что находилось в них.






