Ладонь
Дагна опустила, двинулась за инструментом, но на полпути притормозила.
— А это у вас что? — кивнула она на ведра.
— Масло, из ореха кузнеца надавили, — не без гордости отчитался я. — Теперь вот думаю, как с ним быть.
— В смысле, как быть? — Дагна даже удивилась. — Все же давно решено.
Подхватила ведро и понесла в сторону кузни, буднично так, по-хозяйски, я и возразить не успел. Правда, далеко уйти у нее не вышло, дорогу перегородила тетка, а перегораживать ей есть чем, наша старшая мыловарка выше Дагны на голову, если не на две, и шире раза в два, так что дорога перекрылась вся целиком, вместе с обочинами.
— Ну-ка поставь, — пробасила тетка. — Это для мыла.
— Какое еще сейчас мыло? — не поняла Дагна.
— Мы его для мыла давили, между прочим, всё утро. — возмущенно повторила та.
— А ты мне вот что скажи, орехи какие были? — прищурилась женщина-кузнец.
— Ну… орехи кузнеца, — тетка на всякий случай оглянулась на меня.
— Так я кузнец, — пожала плечами Дагна. — Мои орехи, выходит. А из моих орехов и масло мое.
И ведь это моя же вчерашняя логика, я сам у кузни доказывал, что орехи кузнеца положено колоть кузнецу. Вернулась, зараза, окрепла по дороге и теперь работает против меня. Дагна тем временем шагнула в обход, тетка сместилась следом, и решительные лица обеих намекали, что балаган пора останавливать, добром он не кончится.
Про проникаемость система намекала не зря, вот что еще стало понятно. В кузнечном деле у масла давняя и почетная дорога, закалка. Сунешь раскаленную сталь в воду, и вода сдирает жар слишком резко, металл ведет, по кромке расползаются трещины, а масло остужает мягче и без рывков, закалка на нем ложится ровнее.
В моем мире кузнецы за хорошее закалочное масло держались крепче, чем за наковальню, а здешнее вдобавок и жаропрочное, от раскаленной железки не вспыхнет, такое ценится вдвойне. Ну и главное, проникает оно, судя о всему, где-то на уровне Основы, а значит, есть шанс, что особое свойство вплавится прямо в изделие, и вот это уже пахнет не мылом, а целым направлением.
— Так, стоп, — вклинился я, пока ведро не стало переходящим призом. — Дагна кругом права, в кузне маслу применение найдется, и польза выйдет немалая. Давайте отольем ей полведра, нам на варку и оставшегося хватит. Только уговор, на всякие лопаты не переводи.
— А чем тебе лопаты не угодили? — тут же возмутилась Дагна. — Инструмент нынче важнее оружия.
— Уела, — признал я. — Тогда переводи. Только имей в виду, ореха придется наковырять заново, запасы мы сегодня подчистили до дна.
Отлили ей полведра в чистую бадейку, и к кузне Дагна уходила такая довольная, что чуть не забыла молот, за которым приходила, пришлось окликать.






