ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Из будущего прямо в Сталинград 43-го. Но не для того чтобы изобретать командирскую башенку, перепевать Высоцкого и лично побеждать всю армию Гитлера вкупе с его союзниками.
Нет.
Бои закончились. Фронт ушёл на запад.
И настало время строить. Превращать символ стойкости страны в символ её возрождения.

Превентивные меры, принятые для предотвращения предательства в рядах советской агентуры в США и резидентуры в Канаде, быстро дали быстрый и неожиданный эффект. Прибывшие из Москвы новые сотрудники неожиданно для руководства сумели найти такую новую информацию, о которой раньше приходилось только мечтать. Вместо привычных крох теперь на стол ложились целые пласты секретной или просто очень значимой информации. «Это успех», — подумал тогда товарищ Фитин, перечитывая первые шифровки. Один из новых советских агентов в Вашингтоне, которого раньше неоднократно пытались завербовать, на одной из личных встреч с куратором сказал, что он не шел на контакт, так как знал, кто такая Элизабет Бентли, и просто опасался, что он вдруг окажется в её круге «ответственности» иэлементарно не хотел так рисковать.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Своим обычным красным карандашом товарищ Сталин в этом донесении подчеркнул слова о поразительной честности Хабарова. Этот учитель написал, что иногда складывалось впечатление, будто ему солгать даже в мелочи смерти подобно. Из-за этого у Георгия в школе и особенно в детском доме было много проблем со сверстниками.

Генерал Селивановский приказал за этим учителем аккуратно присматривать, и его сотрудники зафиксировали через какое-то время два допроса в органах НКВД. Сразу же после второго на этого товарища внезапно напали какие-то недобитки, и только бдительность «присматривающих» спасла его. При этом они проявили полезную инициативу, и учитель тут же исчез. Ему предложили сменить местожительства, гарантировав не повторение подобных неприятностей.

Товарищ Сталин еще до революции не раз и не два мог погибнуть из-за предательства своих «соратников». И только какое-то врожденное чувство опасности и выработанные осторожность и привычки запоминать любую мелочь и всё проверять спасали его.

Самому себе он старался никогда не лгать. Именно поэтому ему удавалось брать верх в многочисленных внутрипартийных схватках на съездах и конференциях, даже когда у оппонентов, казалось бы, шансов было больше. Он умел видеть положение вещей таким, каким оно было на самом деле, без приукрашивания и самообмана. Он знал свои слабости, знал, что иногда бывает несправедлив, жесток и подозрителен. Но никогда не позволял себе утешаться ложными надеждами или закрывать глаза на очевидное.

А потом, уже после революции, это всё вместе помогло взять верх во внутрипартийной и политической борьбе, где цена проигрыша была одна: чья-то жизнь, твоя или оппонента.

Жалости в этой борьбе он не знал и почти никогда не сомневался, даже когда приходилось отдавать приказы о ликвидации людей из самого близкого круга, как, например, безжалостно были уничтожены почти все родственники его двух жен. Они просто дали повод усомниться в преданности ему.

Только четверым людям товарищ Сталин пока прощал всё, своим детям: родным и приемному сыну Артему Сергееву.

Это был сын его верного и преданного товарища по революционной борьбе Федора Андреевича Сергеева, товарища Артема. Он погиб 24 июля 1921 года во время испытания аэровагона, железнодорожного вагона с воздушным винтом авиационного типа. Артём родился весной 1921 года, после смерти отца с годовалого возраста до ухода на службу в армию воспитывался в семье товарища Сталиным и был очень дружен с его младшим сыном Василием.

Некоторым Вождь сохранял жизнь и даже возвращал всё, что они внезапно теряли, попав в жернова страшной карательной машины. Но зарубочка против их фамилий в его феноменальной памяти оставалась.