Интересно, а удастся ли нам сегодня к полуночи вернуться и как-нибудь без особого милитаристического угара встретить Новый Год? Ладно, загадывать не будем. На МТ-ЛБ приехал наш направленец, привёз моего связиста и начал инструктировать меня по порядку действий. Потом, плюнув на всё, попросил у меня бутылку водки, прыгнув на грязную броню, умчался…
КАМАЗ натужно тащил прицепленную пожарную машину по разливам грязи. Садыков, бешено крутя рулём, чуть слышно матерился и ерзал. В конце концов, он сам упросил меня не бросать разбитую машину с вполне целой цистерной, вода, как и водка, стала вполне неплохой "жидкой валютой". Машины мы оставили как можно ближе к ДОСам военного городка лётчиков. Бойцы закинули по несколько банок сухпая в рюкзаки, перепроверили оружие, связист дал контрольный сеанс. Вроде всё нормально.
Когда мы валялись между рельсами, на мосту творилось, что-то невообразимое.
Первыми в колоне шли несколько танков. По первому танку, казалось, стреляли отовсюду.
В ограждение моста врезался ПТУРс, со стороны пятиэтажек по танку работали крупнокалиберные пулемёты, в воздухе свистели мины. Вокруг нас постоянно, что-то грохало. Чтобы засечь хоть какую-то огневую точку надо выбраться на насыпь и осмотреться. Но для этого надо встать и сделать несколько перебежек. А встать вообще не представлялось возможным, пространство под мостом простреливалось насквозь. Со всем неподалеку от нас на самом гребне насыпи со стороны города суетились и вели огонь, по технике проходящей через мост, чеченцы. Проскочило несколько танков, пошла остальная броня и грузовые машины. Я явственно видел, как с брони падают люди сраженные выстрелами. С другой стороны моста из переулков вплотную подходящих к железной дороге выскочило несколько машин, из кузова посыпались вооруженные люди.
Боевики установили миномёт, и начали кидать мины, отсекая хвост проходящей колонны.
Прямо по рельсам выкатился БРДМ и начал садить из КПВТ (крупнокалиберный пулемёт) по идущим в хвосте "ленточки" группе боевых машин десанта. Одну из БМД понесло юзом, она врезалась в бетонные блоки, в беспорядке валявшиеся на мосту. С брони посыпались десантники, сразу же попавшие под разрыв мины. Я наблюдал в бинокль, как один из упавших поднялся и, шатаясь, побежал обратно, тут же был сбит другой БМД, которую начали стегать очереди крупнокалиберного пулемёта. Мой связист пытался вызвать артиллерию, но все было бесполезно, никто не отзывался, на других частотах крики, доклады о прохождении каких-то участков. Лежать среди рельсов становилось всё опаснее. Показал знаками головному дозору направление движения. Котельский и Ежов почти что, уткнувшись носом в грязный снег, поползли, неуклюже переваливаясь с боку на бок.






