ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Журналистка Рика загорается идеей написать серию статей о Манако Кадзии — женщине, которую подозревают в вымогательстве и убийствах собственных поклонников. Она окружала мужчин заботой и любовью, кормила домашней едой, жила на их деньги… а потом они умирали. Но общественность удивляют не столько сами преступления, сколько внешность убийцы: ее полнота никак не вяжется с образом роковой содержанки. Журналистка хочет выяснить, в чем секрет Кадзии, почему ее любили мужчины, откуда у нее такая уверенность в себе?
Чтобы подступиться к загадочной преступнице, Рика просит у нее рецепт говяжьего рагу, которое один из убитых ел прямо перед смертью. В ответ женщина требует, чтобы Рика тоже начала готовить. Пытаясь втереться в доверие к Манако, журналистка не замечает, как сама оказывается в паутине манипуляций и лжи, постепенно теряя контроль над собственной жизнью…
История домохозяйки-убийцы, основанная на реальных событиях.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Сумку с покупками они тащили вместе, взяв за ручки с двух сторон, но все равно она казалась ужасно тяжелой, даже в пояснице отдавалось. Неожиданно Юи коротко воскликнула: «О!..» — и тут же сконфуженно замолчала. На витрине крупного книжного красовался постер, гласящий: «Первое издание автобиографии Кадзии Манако! В продаже с 10 августа». Фотография Манако явно была обработана: женщина выглядела куда моложе и привлекательнее, чем на самом деле.

— Я слышала, книга уже на верстке, но уверена, она не будет хорошо продаваться. Этот ее муженек крутится как только может, чтобы разрекламировать свой «шедевр». — Юи выглядела очень рассерженной; все больше распаляясь, она выплюнула: — Все, что он описывает, — это убогие взгляды и представления Манако. Когда читаешь такой текст, никакого интереса он не вызывает. Ваши статьи были куда реалистичнее, увлекательнее и ярче.

Юи теперь работала в редакции нон-фикшена и была на хорошем счету.

— Ну что поделаешь. У Кадзии ведь…

Рика проглотила окончание фразы о том, что у Кадзии нет никого, кто мог бы ее по-настоящему выслушать. И пусть она теперь стоит в свете рамп, пусть за ее спиной поддержка очередного любовника, она так и осталась одинокой. Она кричит в пустоту, не имея рядом никого, кто принял бы ее и попытался понять. Со стороны Рики это не было жалостью — лишь принятием. Есть и такой способ существования, и Манако в этом мире не одна такая.

Темные, словно спелый виноград, глаза Манако пристально смотрели на Рику с постера. Казалось, ее взгляд говорил: «Правда, ложь… Не так уж они и разнятся. И что тогда плохого в том, что я выбрала то, что кажется повкуснее? Горькая реальность и без того переполняет душу. Так почему бы не приправить эту беспощадную, безвкусную действительность пряностями по вкусу, чтобы хоть немного расцветить ее? Это — моя личная форма эволюции и вершина моей жизненной мудрости. Вы действительно считаете, что все на свете стоит того, чтобы принимать реальность как есть? Стоит ли вообще такой мир того, чтобы в нем жить?»

— Не такая уж Манако и лакомка на самом деле… — пробормотала Рика. Длинный грузовик, изрыгающий бензиновые пары, проехал между ней и Манако.

Заметив беспокойный взгляд Юи, она с улыбкой кивнула ей: все нормально.

Ей вовсе не хочется есть одну лишь замороченную, вкусную еду. Растворимая лапша или готовые бенто из комбини в полупустом ночном офисе, холодный рис с натто, который запихиваешь в себя в одиночестве поздним вечером перед сном, простенькие закуски из контейнера, ждущие своего часа в холодильнике… Сама Рика любила все вкусы — даже самые неожиданные. Дело не только в еде. Горечь, скука, страх — все это ей не раз еще предстоит вкусить.