ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Журналистка Рика загорается идеей написать серию статей о Манако Кадзии — женщине, которую подозревают в вымогательстве и убийствах собственных поклонников. Она окружала мужчин заботой и любовью, кормила домашней едой, жила на их деньги… а потом они умирали. Но общественность удивляют не столько сами преступления, сколько внешность убийцы: ее полнота никак не вяжется с образом роковой содержанки. Журналистка хочет выяснить, в чем секрет Кадзии, почему ее любили мужчины, откуда у нее такая уверенность в себе?
Чтобы подступиться к загадочной преступнице, Рика просит у нее рецепт говяжьего рагу, которое один из убитых ел прямо перед смертью. В ответ женщина требует, чтобы Рика тоже начала готовить. Пытаясь втереться в доверие к Манако, журналистка не замечает, как сама оказывается в паутине манипуляций и лжи, постепенно теряя контроль над собственной жизнью…
История домохозяйки-убийцы, основанная на реальных событиях.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

И очень многие в издательстве на вашей стороне, пусть и не все говорят об этом вслух. Так что ничего такого в моей поддерж-ке нет.

— Спасибо, — пробормотала Рика.

Утром следующего дня ей пришло сообщение от Синои.

«Да, все верно, я проверил. Вскоре после ареста в холодильнике в квартире Манако обнаружили испорченную пятикилограммовую индейку. Такая давняя история… Как вы узнали?»

Это не удивило Рику. Вот оно — блюдо, которое Манако хотела приготовить до такой степени, что убила троих… Нет, даже пятерых мужчин. Индейка так и сгнила в холодильнике, не дождавшись своего часа.

Весь день Рика не могла толком сосредоточиться на работе — все ее мысли крутились вокруг заветной тушки в холодильнике. Что бы она ни делала — перед глазами стояла индейка. Наверное, и с Манако так было.

Отсиживаясь у Екоды, Манако все равно собиралась вернуться к себе домой. Она переживала об индейке и вряд ли допускала мысль о том, что ей придется задержаться у него. Нет, Манако хотела устроить рождественскую вечеринку с подругами из «Салона Миюко». Учитывая ее стремление к совершенству в кулинарии, наверняка она планировала несколько раз приготовить блюдо на пробу, прежде чем красоваться им перед другими. Ведь ей надо было усладить вкусы искушенных дам.

Вернувшись домой, Рика то и дело заглядывала в холодильник и замирала, открывая его. Пусть и прошел целый день, индейка все еще была твердой как камень.

* * *

Вечером второго дня Рика робко ткнула тушку пальцем и обнаружила, что хотя внутри еще чувствуется лед, верхняя часть индейки уже стала мягкой.

Она сняла сетку и целлофан. Выгнутая белесая грудка, вызывающие невольную жалость поджатые ножки… В тушку была воткнута шпилька для проверки готовности блюда. Индейка выглядела какой-то очень живой: казалось, вот-вот задвигается или даже заговорит. Сердце Рики сжалось.

Она начала натирать тушку солью. От прикосновения к холодной кожице по спине пробежали мурашки. Мысль о том, что придется вытаскивать потроха для начинки, вызывала желание отложить все на потом.

Щелчок кухонными ножницами — и связывающий ноги птицы шнурок упал на стол, обнажив темное отверстие, ведущее к внутренностям.

Рика все никак не могла решиться сунуть руку в эту бездонную тьму, напоминающую о непроницаемых глазах Манако. Ее охватил ужас. Сложно было поверить, что речь идет всего лишь о внутренностях относительно небольшой птицы.

Завтра придут гости… Голова пошла кругом лишь от попытки посчитать, сколько всего нужно сделать в одиночку до их прихода. Конечно, Рика сама их пригласила… Но сейчас стены начали сжиматься, грозя раздавить ее.

Зажмурившись, она засунула руку внутрь тушки. По тыльной стороне руки пробежал холодок. Пальцы коснулись твердых косточек, облепленных мясом.