У стойки регистрации высокая молодая женщина в черном костюме ловко забрала у Рики верхнюю одежду, тяжелое старое пальто Рики в ее руках казалось легче перышка. Затем Рику проводили на второй этаж по лестнице с роскошными коваными перилами.
Когда распахнулась стеклянная дверь, ведущая в зал, Рика даже сощурилась: все здесь сияло так, словно она попала в бокал шампанского. Золотисто-медовый интерьер, негромкий звон бокалов и позвякивания вилок о тарелки… Ослепительный блеск.
Метрдотель провел Рику через зал к столику на одного. Она села спиной к стене, на которой поблескивали кристаллы Сваровски. Официантка рассказала ей про сегодняшнее меню, но названия были незнакомы и совершенно не запомнились. Уткнувшись взглядом в винную карту, Рика выбрала бокал шампанского подешевле. Нынешнее расследование она ведет неофициально, значит, расходов ей никто не возместит, а ведь на сегодняшний ужин придется потратить не меньше тридцати тысяч иен.
Она подняла взгляд на роскошную люстру, увешанную сверкающими кристаллами так густо, что, казалось, все это сейчас рухнет от тяжести. В глазах зарябило от света. Рика проморгалась и начала осматривать зал. Как и ожидалось, сплошь парочки. Причем большинство разновозрастные. Рика с ходу насчитала сразу три пары, где молодых женщин сопровождали мужчины в возрасте — точно не отцы с дочками. Все женщины нарядные, словно с глянцевой обложки, у всех неправдоподобно красивые волосы и кожа. Мужчины явно состоятельные.
На закуску принесли прозрачное желе в изящной лакированной тарелочке — наверняка эта тарелочка привлекла бы взгляд того, кто хорошо разбирается в посуде. Вилки и ножи, разложенные на столе, начищены до блеска. Желе с легким лимонным привкусом мягко заскользило по языку и горлу. Попадая в желудок, оно постепенно пробуждало аппетит, словно магическое зелье, обостряющее восприятие. Видимо, и слух в том числе: до Рики неожиданно донеслись отголоски разговора с соседнего столика, хотя она не прислушивалась.
— После ужина я сниму нам номер…
Наверняка в роскошном отеле типа Westin неподалеку. Спутница седовласого мужчины, не поднимая глаз, едва заметно кивнула.
Рика вспомнила свое отрочество. В то время в медиа активно обсуждалась проблема «эндзе-косай» — школьной проституции. Такая действительно существовала. Прогуливаясь по Сибуе в школьной форме, Рика не раз и не два ловила на себе оценивающие взгляды мужчин возраста ее отца, которые на пальцах пытались с ней сторговаться. В такие моменты она, ученица школы для девочек, чувствовала, как ее уютный девичий мирок трещит по швам. Стоило подумать об этом, полузабытый страх снова проснулся.
Кадзии Манако старше ее всего на два года, так что она наверняка испытывала что-то подобное.






