ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Судьба не любит тех, у кого есть все. Эту горькую истину в полной мере познала Александра Паркер, еще вчера — преуспевающий юрист, любящая и любимая жена, счастливая мать, а сегодня — жертва страшной болезни. Казалось бы, случилось худшее, но нет, роковой диагноз — лишь первый из ударов, обрушившихся на Александру И теперь, как никогда, нужны ей любовь и поддержка мужа.

Зал суда был наполнен гулом голосов. Александра Паркер, с наслаждением вытянув длинные ноги под огромным столом красного дерева, быстро нацарапала несколько слов на желтом листке из записной книжки и через стол бросила мимолетный взгляд на одного из своих коллег. Мэттью Биллингс был старше Алекс лет на двенадцать — ему уже шел шестой десяток, — и он был одним из самых уважаемых партнеров фирмы. Он редко просил кого бы то ни было о помощи, но Алекс то и дело присутствовала на даче свидетельских показаний по его просьбе.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Найдя работу прямо в день выпуска, он в течение восьми последующих лет разбогател сам и помог разбогатеть нескольким клиентам.

— А сам-то ты как? — тихо спросила Алекс, глядя ему прямо в глаза. Они медленно брели по песчаному берегу, любуясь ленивым закатом. — В жизни существуют не только инвестиции и Уолл-стрит.

Ей хотелось узнать о нем побольше. Это был самый яркий уик-энд в ее жизни, хотя она даже с ним не переспала. И она без устали расспрашивала Сэма Паркера о его жизни, потому что знала, что по возвращении из Калифорнии они оба снова погрузятся в бешеную повседневную суету.

— Что может быть в жизни, кроме Уолл-стрит? — засмеялся он, обнимая ее за плечи. — Я ничего об этом не слышал Может быть, ты мне скажешь, Алекс?

С этими словами Сэм остановился и внимательно посмотрел на нее. Алекс очень нравилась ему, но он явно боялся это показать. Длинные рыжие волосы его спутницы развевал ветер; бездонные зеленые глаза встретились с его глазами, заставив его почувствовать смущение, которого он никогда ранее не испытывал. В какой-то степени это его пугало.

— А люди? А женщины? — спрашивала Алекс. Она знала, что он никогда не был женат, но больше ей ничего не было известно. Глядя на него и оценивая его стиль жизни, она про себя пришла к выводу, что у него были сотни подружек.

— На это у меня не хватает времени, — с притворной серьезностью сказал он, прижав ее к себе покрепче. Постояв на месте, они продолжили прогулку. — Я слишком занятой человек.

— И слишком много о себе воображающий? — со значением спросила она, боясь, что он может оказаться чересчур самонадеянным. Безусловно, у него были к этому все основания, но если он и любовался собой, увидеть это со стороны было трудно.

— Кто тебе сказал? Ничего я о себе не воображаю, я просто стараюсь хорошо проводить время.

— Всем известно, кто ты такой, — со знанием дела сказала Алекс, — даже здесь. Лос-Анджелес, Нью-Йорк… Токио… Что еще? Париж? Лондон? Рим? Ничего себе размах.

— Это не совсем так. Просто я много работаю, вот и все.

Как и ты. И ничего больше, — откликнулся Сэм с улыбкой, пожимая плечами. Однако оба они знали, что у него было гораздо больше достижений, чем он хотел признать.

— Однако я не летаю в Калифорнию на самолетах моих клиентов, Сэм. Люди, с которыми я работаю, приезжают ко мне на такси. Если им везет в жизни. Остальные пользуются подземкой.

Алекс усмехнулась, и Сэм тоже засмеялся в ответ:

— Ладно, тогда мои, значит, счастливее. И я, наверное, тоже. Может быть, мне не вечно будет везти. Как моему отцу.

— Ты что, боишься, что и с тобой случится то же самое? И ты все потеряешь?

— Может быть. Но он-то был идиотом… прекрасным человеком, но идиотом. Я думаю, что его сломила смерть матери. Он просто все забросил.