ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Лучший игрок самого крутого студенческого футбольного клуба в стране только что попросил меня стать его фальшивой девушкой. А я только что попросила его стать моим первым мужчиной. У Клэя Джонсона пресс Аполлона и улыбка самого дьявола. Не проходит и дня, чтобы его имя не появилось в заголовках газет, а сам он не обратил на себя внимание новой девушки в кампусе. Раньше мне, как координатору по связям с общественностью, было легко с ним общаться, но после неприятного расставания с возлюбленной он словно слетел с катушек… Клэй придумал план: он помогает мне привлечь внимание одного классного парня, а я помогаю ему вызвать ревность у бывшей. Этот план кажется абсурдным. Но еще абсурднее то, что все идет совсем не по плану…

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– Мы дадим эксклюзивное интервью о наших отношениях, как и обещали на протяжении всего сезона. Просто сначала хотели сосредоточиться на игре. И даже шепотом такое не произноси, – добавила она, не осмелившись произнести слово «беременна». – А то поползут сплетни.

Я нахмурилась, потирая руку и смотря на них. Однако времени допытываться, что они скрывают, у меня не было, потому что Шарлотта из-за подиума подала Лео сигнал готовиться к последнему вопросу.

– Ладно, ваша очередь, – сказала я им, и, как только Лео сошел с платформы, Райли и Зик заняли его место.

Фотографы защелкали камерами как сумасшедшие.

Все пытались перекричать друг друга и привлечь внимание пары, чтобы успеть задать первый вопрос. Зик отодвинул стул для Райли и сел после нее. Они посмотрели друг на друга любящими взглядами, а потом Зик взял Райли за руку и положил ее на низкий столик, и на них обрушилась еще сотня вспышек.

– Джо, – кивнув, окликнул Зик известного репортера с местной спортивной станции. При случае нам всегда нравилось делать ему одолжение – в основном потому, что на этой станции освещались все виды студенческого спорта, а Джо и правда был хорошим репортером, больше сосредоточенным на футболе, чем на сплетнях.

– Райли, во второй четверти ты пропустила первую попытку забить филд-гол, но в итоге забила самый дальний гол в третьей четверти. Как тебе удалось отыграться после того первого удара и перестроиться в центр?

– За эти годы я научилась не терять самообладание и просто постаралась сохранить выдержку. У всех случаются неудачные удары, неудачные броски, пропущенные мячи, но это не должно определять всю игру. – На этих словах они с Зиком понимающе переглянулись. – К тому же, когда в начале второй половины Зик отразил удар с шестидесяти двух ярдов, я поняла, что должна показать ему, на что способна, иначе до конца жизни слушала бы о его подвиге.

Зал взорвался смехом, а Райли обратилась к следующему репортеру.

Стоя сбоку от сцены, я восхищенно смотрела, как Райли и Зик отрабатывают каждый вопрос – и, конечно, через какое-то время они больше рассказывали про свои отношения, чем про игру. Ребята справлялись со всем как настоящие профессионалы, рассказывая о том, как развивались их отношения, пока они играли в одной команде, но притом не вдавались в подробности. Они отпускали шуточки, выказывали уважение друг к другу и команде, а в самый подходящий момент кто-нибудь из них произносил сладкую реплику, и весь зал начинал умиляться их юной любви.

Даже я.

Даже когда внутри у меня все скрутило, а в груди заныло от боли. Ее могло вызвать лишь осознание того, что у меня когда-то тоже были такие отношения, но я быстро их потеряла.

Шарлотта тоже с удовольствием внимала их интервью.