ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Мир, который разошёлся с нашим примерно в 1000 году н. э. Мир, в котором никогда не было Чингисхана и Наполеона. Сможет ли герой, проживший обычную жизнь в нашем мире, начать новую жизнь в том? Как можно прожить жизнь достойно и защитить себя и своих близких в мире, который никогда не знал политкорректности и прав человека, но в котором есть магия и боги? Вот так неожиданно сложилась судьба Кеннера Арди, когда-то простого российского завлаба, а ныне сына изгнанной из рода аристократки — немного отморозка, немного параноика, и совсем немного идеалиста.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

А ты такой и останешься.

Ленка замолчала и задумалась. С пяти лет мама начала проводить над нами разные процедуры. Сначала это были микстуры для укрепления костей, суставов, связок, сейчас к ним добавилось лежание в специальной камере, которое должно было увеличить скорость прохождения сигналов по нервной системе — во всяком случае, именно так я понял из предельно упрощённого объяснения. Полный курс из нескольких десятков разных процедур был рассчитан на двенадцать лет — если на взрослый организм повлиять было практически невозможно, то организм ребёнка вполне можно было улучшить осторожным воздействием по мере роста. Процедуры стоили безумно дорого, требовали постоянного надзора целителя, и были очень мало кому доступны. Но у нашей мамы, младшего целителя княжеской лечебницы Живы Одаряющей, такая возможность имелась.

Наконец мы покинули дом, и миновав небольшой палисадник, вышли на улицу.

Дом у нас очень скромный — по меркам аристократии, конечно — два этажа и сад при доме соток в тридцать, с небольшим бассейном. К дому примыкает небольшой тренировочный зал, рядом гараж и флигель, где живёт семья слуг — тётка Арина, которая готовит и убирает в доме, и её муж, дядька Ждан, который ухаживает за садом и выполняет работу шофёра, ну и вообще на все руки. Мамина машина — большой седан, похожий на довоенный Хорьх. Ездит она на ней редко, и сама не водит никогда. Автомобили здесь, кстати, называются самобегами, хорошо хоть не самобеглыми телегами. Впрочем, в бытовом обиходе, как и у нас, чаще используется слово «машина».

На первом этаже дома — гостиная, столовая, кухня, и ещё одна комната неопределённого назначения, в которой мама любит сидеть вечерами с каким-нибудь журналом. На втором этаже мамина спальня, кабинет, и наши с Ленкой комнаты. Её комната, правда, практически не используется — Ленка категорически отказывается там жить и постоянно перетаскивает свои куклы и книжки ко мне. Я уже так привык, что она всегда рядом что-то напевает своим куклам, что без неё ощущаю какой-то дискомфорт. Спит она тоже со мной, обнимая меня, как плюшевого мишку. Я пробовал тихонько уходить в другую комнату после того, как она заснёт, но от этого было только хуже — она вскоре просыпалась, осознавала, что меня рядом нет, и в слезах шла меня искать. Постепенно я смирился с ролью мягкой игрушки. Будь я и в самом деле ребёнком, терпеть бы это, наверное, не стал, но у меня-взрослого это белобрысое чудо вызывает приступы острого умиления, так что в конце концов я сдался.

Район наш называется Кропотов Луг — тихий, маленький, из небольших особняков с участками. Живут у нас люди хорошего достатка, в основном дворяне. С соседями мы отношения поддерживаем хорошие, но вообще живём довольно уединённо.