Осенний воздух Минска был терпким и влажным, как молодое вино. Город шумел своим обычным ритмом — троллейбусы лениво скользили по проспекту Пушкина, студенты спешили к восьми утра в вузы, а на остановках уже толпились полусонные минчане.
Троллейбус, натужно скрипя на поворотах, доставил нас к остановке у госпиталя. Инна, придерживая ремень сумочки, внимательно следила, чтобы не зацепиться каблуком за кромку ступени. Люди вокруг были молчаливы и безразличны — как и положено в понедельник утром.
— До вечера? — спросила Инна, поправляя волосы у входа в отделение.
— Если ничего срочного не возникнет, то да, — прозвучал мой ответ. — Нужно поговорить с Дубинским, доложиться о прибытии, надеюсь ничего сложного не произошло за время отсутствия.
Инна, кивнув, скрылась за дверью отделения, а ноги сами понесли к административному корпусу. Длинные коридоры были знакомы до скрипа петель и затхлого запаха пыльной краски. На двери с потёртой табличкой «Начальник госпиталя. Полковник м/с Дубинский С. А.». Постучав, было получено короткое:
— Войдите!
Приемная встретила сухим теплом и стойким ароматом бумаги, кофе и шоколадных конфет. Секретарь, Людмила Алексеевна, в очках с тяжёлыми стеклами и прической в стиле «вечно занята», подняла глаза.
— Костя! — в голосе секретаря прозвучало почти материнское удивление. — А вы, оказывается, уже вернулись? Думала, еще на море нежитесь!
— Отпуск по путевке закончился. Докладываться надо, — произнес я с лёгкой иронией.
— Докладывайтесь скорее. Станислав Аркадьевич с самого утра сам не свой — что-то важное из штаба поступило. Но вам будет рад, спрашивал о вас на прошлой неделе, сказал зайти, как вернетесь.
Секретарь открыла дверь в кабинет, кивком пригласив пройти. Внутри за большим столом, заваленным папками, сидел полковник медицинской службы Дубинский — подтянутый, седовато-вскипающий, как самовар в момент закипания. Увидев меня, отложил ручку, снял очки и встал.
— Костя… Ну наконец-то! — в голосе прозвучало почти облегчение. — Проходи. Садись.
Стул был тот же, обитый коричневым дерматином, немного просевший с правой стороны. На столе уже дымилась вторая кружка кофе, явно приготовленная заранее.
— Ну, как Пицунда? Жив-здоров? К доктору не пришлось обращаться? — полковник смотрел с искренним интересом, но глаза не отпускали папку с грифом.
— Всё хорошо. Погода стояла отменная, море тёплое, еда вкусная. Но не без приключений, — сказано это было с долей намёка.
— Да, знаю я тебя… С тобой без приключений не бывает. — Дубинский усмехнулся. — Ладно, потом как-нибудь за рюмкой чайку расскажешь. А пока к делу. У тебя жильё как, всё в порядке?
— Комната цела, порядок на месте. Инна передала привет, кстати.
— Хорошая девушка, повезло тебе.






