ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Троюродная бабка дала дуба, а на моей руке появилась странная татуировка. Я начал видеть невероятные вещи, не имеющие ничего общего с реальностью. Домовые, лешие, кикиморы, ведьмы, волколаки, упыри и навьи – малая часть того, с чем мне пришлось столкнуться. Теперь я могу ходить по кромке – границе между миром живых и мёртвых. А ещё, где-то там прячется могущественный враг, который повинен в смерти моей жены. Вот с неё – этой самой смерти, всё и началось...

— Ну, Каркуша, бестия пернатая, удружила, нечего сказать, — выругался я, оглядывая местность, куда наша троица вывалилась из открытого портала, созданного вороной. Судя по ощущениям, в реальный мир мы не вернулись, а оказались, на другом конце Кромки. — натужно выкрикнула птица и тяжело опустилась на моё плечо. — Нечего прикидываться, — проворчал недовольно, — Ты свои силы практически не расходовала, из меня тянула, поэтому не изображай тут мученицу. — возмущенно воскликнула Каркуша и взмыла в воздух, заехав крылом мне по носу. — закрутил лобастой башкой Фрол.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Но ты её ценишь? Или всё-таки нет? Если нет, так я могу вернуть как было.

— Не сможешь, — усмехнулся вожак стаи, — Но ты прав, в Навь я пока не собираюсь. У меня здесь дел по горло. Рано мне к Моране на постой отправляться.

Ратмир ненадолго замолчал.

— Ну и… — поторопил я его, — Если что, я ночевать под этим деревом не собираюсь. Открою выход и до свидания.

— Кромешник, Алексей, погоди? Ты что творишь? — зашипел в мою сторону Фрол, — Мы же сюда пришли предупредить Верховного. Он должен знать…

— Что я должен знать?

— Так это… — стушевался берендей, — Вурдалаки… Они… Точнее он…

— Ладно, — дернул щекой волколак, — Здесь действительно не место и не время разговаривать. Следуйте за мной.

Верховный оборотень развернулся и зашагал вперёд, раздвигая ветви и скрываясь в листве деревьев.

— Гр-рр, — послышалось со всех сторон, стоило Ратмиру скрыться.

— А ну, молчать! — рявкнул он на свою свору, — Это наши гости! Парни, — повернулся он в сторону тех волков, которых мне удалось вылечить, — Проследите за остальными.

Шестеро волколаков, так и не принявших человеческий облик, окружили меня с берендеями, не подпуская остальных членов стаи ближе — чем на пару шагов, и периодически порыкивали.

Пока шли, только один оборотень решил ослушаться и напасть. Худющий, с черными облезлыми подпалинами и загноившимися глазами он подобрался ближе всех и сделал прыжок, но в полёте был перехвачен одном из наших охранников, который ухватил его за холку и отбросил в сторону.

Бедолага пролетел пару метров и врезался в ствол дерева, едва не переломав хребет.

Раздался жалобный скулёж, и Ратмир, идущий впереди, обернулся.

— Опять ты, Яра. До чего же несдержанная. Как была бунтаркой, так и осталась.

Хм-м, ошибся, не волк — волчица.

— Кромешник, — Верховный оборотень посмотрел на меня, и я сразу понял.

Он не просил словами, но в глазах первородного читалась мольба.

— Кивнул и направился в сторону пострадавшей, у которой в глазах не осталось ни капли разума.

Я действительно понимал, что волчица не виновата. Сейчас она была просто оголодавшим до полусмерти зверем, который боролся за своё выживание.

Стоило подойти к покалеченной волчице, присесть рядом, как она злобно посмотрела на меня и щелкнула челюстями, намереваясь откусить руку, которую я протянул в её сторону.

Рядом сразу оказался Ратмир.

— Грр-рр, — грозно прорычал он.

Даже в человеческом обличье это прозвучало впечатляюще, а ещё я почувствовал, как он придавил волчицу своей аурой.

Сразу принялся за дело, восстанавливая повреждённые ткани и напитывая тело энергией, возвращая прежний облик и разум.

— Готово, — выдохнул с облегчением, чувствуя, как дрожат руки.

Всё-таки нагрузка оказалась колоссальной, а я ещё не восстановился.