ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Он был первым игроком и может стать последним Архитектором. Он оказался в другом мире и сменил серп на Отца Всех Мечей. Он косит чужие жизни, как колосья в поле, и собирает свою кровавую жатву. Он - травник.

— Это просто охренеть, как серьезно. И шестерых вас не хватит, чтобы запихнуть меня в тот портал. — Вообще-то, нас пятеро, — сказал Такеши. — Ну так вы еще кого-нибудь позовите, — сказал я. — И все равно ни черта у вас не получится. Я расценю это, как угрозу и буду отчаянно сопротивляться. Я не люблю незнакомых людей, я не люблю незнакомые миры, я не люблю драться с незнакомыми людьми в незнакомых мирах. А Магистра я вообще четыре раза не люблю, он в свое время открыто настаивал на моей ликвидации, утверждая, что я им тут весь баланс могу поломать. Это на фоне физрука-то, который к тому времени уже отметился разрушением планет, Бордена, быстрее всех ставшего топом номер один общесистемного рейтинга, и Виталика, способного системный код левой рукой на коленке переписывать.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Они уже почти смиряются с ней, делают мужественные лица и выходят, чтобы принять свою последнюю схватку, когда вдруг раздается звук полкового рожка, топот копыт, залихватское улюлюканье всадников и свист шашек. Ну, или мечей, зависит от того, в какую эпоху это все происходит.

У нас все было не так. Наверное, все дело в том, что мы какие-то неправильные герои.

После смерти Владыки Асгарота демоны не навалились на нас с утроенной силой, горя жаждой мести за своего павшего лидера. Они вообще на нас не навалились.

Скорее всего, где-то вне зоны нашей досягаемости они продолжали просачиваться в новый для себя мир, но нас с Шиклой и понемногу приходящей в себя Катериной никто не атаковал.

Кавалерия, однако, все равно прискакала, но тоже оказалась неправильной. Во-первых, вместо целого отряда был всего один человек, и даже без шашки. Во-вторых, он прибыл не на лошади, в рот ей кило печенья, а на огромном огнедышащем ящере, на спине которого каким-то образом удалось установить седло.

— Привет, — сказал Гарри, спрыгивая на землю. Он был спокоен и вел себя так, словно мы расстались несколько часов назад, выходя с работы, а потом случайно встретились в супермаркете, куда я зашел за чипсами. Словно я не торчал две недели в другом мире, а он не прорывался сюда через толпы демонов.

Впрочем, он выглядел так, как будто прорываться ему и не пришлось.

— Привет, — сказал я.

— Представишь меня своим очаровательным спутницам?

— Это Катерина, она сестра Андрея. Это Шикла, она суккуб. Это Гарри Борден, он Смерть.

При этих словах Катерина вздрогнула. Гарри галантно поклонился ей и попытался протянуть руку, но девушка отпрыгнула за спину суккуба.

— Это всего лишь прозвище, — попытался оправдаться Гарри.

— Дело не в этом, — сказала Шикла. — Не знаю, имеет ли это для тебя какое-то значение, но в этом мире существует твой злобный двойник.

— Хм, — сказал Гарри. — Насколько злобный?

— Точно сказать не могу, но он вроде как хотел жениться на Катерине, — сказала Шикла. — Разумеется, против ее воли.

— Как-то это на меня непохоже, — сказал Борден.

— Говоря по правде, он полный придурок, — сказала Шикла. — А в остальном похож, как две капли воды. Разве что прическа другая и еще он герцог.

— Хм, — сказал Гарри и посмотрел на меня. — Ты его видел?

— Нет, — сказал я.

— А где Виталик?

— Мы разделились, — сказал я. — Он отправился в Москву искать Магистра. Кстати, о Магистре. Он настаивал, чтобы в этот мир вызвали именно тебя.

— Значит, удачно, что за тобой пришел именно я, — сказал Борден. — А он не говорил, зачем?

— Нет, но это вряд ли связано с твоим злобным двойником, — сказала Шикла. — Хотя… Может быть, это и неважно, но твой злобный двойник убил двойника Виталика.

— Двойник Виталика тоже был злобным?

— Нет, — сказал я. — Судя по рассказам, нормальный мужик.