ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Покушение, интриги и самое главное, не слишком понятно, кому же мог помешать молодой император. А проблемы нарастают, как снежный ком, и их нужно решать, потому что от этого зависит не только будущее страны, но и собственная жизнь, а табакерка в кармане не даёт об этом забыть и расслабиться.

Подпоручик Андрей Глинский вышел из дома Петра Толстого на крыльцо и глубоко вдохнул колючий морозный воздух. В комнате, где проходило собрание офицерского кружка, было накурено так, что он даже несколько раз закашлялся. Но это позволило сказаться ему больным и уйти с собрания пораньше. Всё равно ничего важного больше никто не скажет, так что он ничего не пропустит. Как ни странно, но тот арест, когда господ офицеров повязали полицейские вместе с бандитами, повысил реноме Глинского. Ну а как же, его больше всех в допросную таскали, всё пытались что-то выспросить…

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Вот и сейчас, зачем они идут в эту мастерскую, что им нужно здесь увидеть, а потом подробно доложить?

Пока Краснов размышлял над тем, как странно сложилась его жизнь после принятия самого главного решения, Крюков подошёл к двери мастерской и решительно открыл её.

— Идём, Саша, чем быстрее мы осмотримся, тем быстрее поедем на перехват нашего неуловимого маркиза, — заявил он, первым заходя в мастерскую.

Краснов поспешил за ним. Их встречал сам полковник Жан Самуэль Паули, хотя, как подозревал Саша, никакого отношения к этому званию он не имел.

— Господа, чем могу вам помочь? — раскланялся он с неожиданными посетителями.

— Леонид Крюков, — представился Лёня. По-французски он говорил немного хуже, чем по-немецки, но Саша в который раз подивился уровню образования марвихера. Не все дворяне могли так обучить своих детей. — Мы с моим другом бароном Красновым путешествуем по Европе. Барон не так давно был назначен адъютантом его величества императора Александра, и его величество отпустил его в эту поездку при условии, что он непременно посетит вашу мастерскую и присмотрит ему в качестве презента какое-нибудь интересное ружьё. Господин Паули, у вас ведь есть ружьё настолько интересное, что его будет незазорно подарить его величеству?

— Или его величество ввёл в заблуждение князь Куракин, когда расписывал ваш оружейный гений? — немного скучающе добавил Краснов.

— Конечно, у меня есть прекрасные ружья, — воскликнул оружейник, пытаясь вспомнить, кто такой князь Куракин, и почему он так много хорошего говорил про него русскому императору. Так ничего и не придумав, он поспешил куда-то вглубь мастерской, пригласив благородных посетителей следовать за ним. — Мы подберём превосходное ружьё, просто превосходное. Франсуа! Франсуа, мне нужно самое лучшее ружьё, какое только у нас есть!

Они вошли в просторное помещение, напоминающее одновременно кабинет и мастерскую. Из-за стола поднялся невысокий, худощавый господин, недоумённо глядящий на Паули.

— Что случилось, Жан? — кашлянув, спросил он, переводя взгляд с него на вошедших вслед за хозяином мастерской щёголей.

— Русский император услышал про нас и хочет получить ружьё, — быстро проговорил Паули, хватая Франсуа за руку и вытаскивая из-за стола. — Вот, господа, это мой лучший мастер Франсуа Прела. Он поможет мне выбрать оружие, достойное его величества.

— А чем вы занимаетесь, господин Прела? — спросил Крюков, подходя к столу, на котором были разложены несколько чертежей, и внимательно разглядывая их. Он поднимал довольно крупные листы по одному, довольно быстро, так, что Прела мог бы поклясться, господин не понимает и половины из того, что видит, и просто создаёт заинтересованность, чтобы не обидеть мастера.