ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Первый том: Говорят, перед смертью вся жизнь проносится перед глазами. Враньё. Перед глазами проносятся плиты перекрытия и куски бетона. Ну а потом — новый мир, средневековье, чужое тело и печь, которую надо сложить до возвращения заказчика. Ну и система которая ненавязчиво намекает, что я или стану сильнее, или умру...

Алексей Ковтунов Путь Строителя 3 Эдвин сидел на корточках перед гнубискусом и царапал землю грабельками с такой сосредоточенностью, словно этот цветок его родственник. Борода почти касалась грунта, губы беззвучно шевелились, а кривой цветок с помятыми листьями покачивался на ветру, явно не подозревая о том, какое внимание ему уделяется. Ну а я стоял в двух шагах и ждал. Правда уже минут десять вот так стою, если не пятнадцать, и терпение моё потихоньку подходит к концу. — Дед, ну расскажи хоть что-нибудь. — наконец не выдержал я, — Тебе что, жалко? — Отстань, — буркнул Эдвин, не поднимая головы.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Не ради лени, хотя лень тоже аргумент, а ради экономии времени: пока один обжигает партию, второй можно загружать или остужать, и ходить от одного к другому по короткой дорожке вместо двух отдельных вылазок.

— Сурик!

Мальчишка подскочил на месте и развернулся ко мне в состоянии полной боевой готовности. Энергии у него, как у трёх взрослых и одного мелкого щенка, и расходовать её на полезное дело сам бог велел.

— Глину мне нужно, много! Бери тачку, копай у реки, как в прошлый раз, только без примесей и корешки убирай. И вот ещё что… — Поймал его за рукав, потому что он уже рванулся к тачке даже не дослушав. — Трава нужна, сухая, прошлогодняя. Нарви охапку, и потом порви руками на кусочки длиной с палец, не длиннее. Вмешаешь в глину, когда будешь месить.

— Зачем? — захлопал он глазами.

— Затем, что глина без армирования трескается. — Вздохнул я, но все равно терпеливо объяснил, — Волокна травы работают как скелет внутри стенки, не дают трещине разойтись на всю длину. Сама по себе трава нагрузку не выдержит, но материалу не позволит расползтись. Та же логика, что и корни в почве на склоне: земля без них оползает, а с ними держится.

Сурик смотрел на меня круглыми глазами, и по его лицу было видно, что он запоминает каждое слово. Приятно, чёрт побери, когда объяснение слушают, а не перебивают оскорблениями, как некоторые травники или строители.

— Кстати, песок тоже подсыпай, горсть на ведро. — вспомнил я, и в этот раз решил объяснить сразу, не дожидаясь вопросов, — Он разрыхляет смесь и не даёт ей слишком сильно сесть при сушке. Без песка глина скукоживается и рвёт саму себя изнутри, а с ним ведёт себя поспокойнее.

— Понял! — Сурик кивнул, схватил тачку и был таков.

Быстрый парень, ничего не скажешь, а пока он бегает к реке, можно подготовить площадку. Снял верхний слой дёрна топором, выровнял землю, утрамбовал. Основание горна должно стоять плотно, иначе при просадке грунта стенки поведёт и вся конструкция пойдёт трещинами. Первый горн я ставил на камни, и это было правильно, но в этот раз обойдусь утрамбованной площадкой с тонкой подушкой из песка. Камней подходящих поблизости нет, а таскать их от реки ради основания печи, которую я с Основой слеплю за полдня, расточительно по времени.

Сурик вернулся на удивление быстро, тачка была нагружена с верхом. Глина влажная, жирная на ощупь, без камешков и корней. Мальчишка ссыпал её в замесочную яму, притащил ведро воды, охапку сухой травы и присел на корточки.

— Руками мешать? — уточнил он, отрывая очередной кусок травы и бросая в яму.

— Ногами быстрее будет, — помотал я головой. — Да и легче, просто топчешься на месте, а процесс идет.

Он стянул обувь и встал в яму обеими ногами, увязая по щиколотку.