ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Получив в управление остатки княжества, Петр Воронов понимает, что император ждет его провала. Нехватка людей, пустая казна и враждебно настроенные родственники — лишь вершина айсберга. Срочный вызов в Святославск раскрывает новую угрозу: его брат Лёня, отчаявшись получить руку любимой, готов заплатить преступникам за сомнительный дар — «зерно Скверны».

От поездки в Святославск пришлось временно отказаться, потому что иначе пришлось бы отказываться от предоставленной возможности. Возможность была спорной: никакой помощи от государства после вывода войск не предоставлялось, зато обязанностей хватало, включая и обязательный налог с оставшегося огрызка. Налог, куда входили как деньги, так и кристаллы, был фиксированный и вполне посильный. И всё же я сразу вспомнил о Базанине: если его поиски завершатся успехом, то налог будет выплачиваться из его средств. Не знаю, о чем думал император, когда дал мне этот шанс, уж точно не о том, чтобы дать мне возможность себя проявить.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

На вопрос, как собирались маскировать нашу пропажу, скверник ответил, что у одного из группы был навык испепеления Скверной, разрушающий мертвую материю до состояния праха. Смели бы нас в совочек и высыпали за окно, а проводнику внушили бы, что мы вышли на одной из станций — с таким навыком дружинник тоже был. После чего они собирались спокойно доехать до Озерного Ключа, где у старшего группы было свое поручение, а остальные должны были закупить ингредиенты по списку. К вопросу про Базанина подводили очень аккуратно. И совершенно напрасно: Базанина этот тип не знал, поэтому, хоть и не умер от его упоминания, ничего ценного нам не выдал.

— Мелкая сошка, — пренебрежительно тявкнул Валерон. — Такому ничего ценного не доверят. Вся надежда на того жирного.

Но всё же что-то ценное знал и этот, потому что при вопросе, кому подчиняется Саморядов, он захрипел и сдох.

— Явно не Молчановскому, — спокойно заметил Маренин. — Потому что, если бы подчинялся, Саморядов был бы под клятвой Молчановскому, это соответствовало бы его положению и не вызвало бы у этого типа смерти. Следующего нужно спрашивать, подчиняется ли Саморядов Молчановскому в принципе или ведет свою игру. А еще — зачем они напали на Петра Аркадьевича.

На втором мы выяснили, что приказ меня убить поступилот Саморядова. Молчановскому последний подчинялся только тогда, когда его интересы совпадали с интересами номинального патрона. Причину необходимости моего убийства этот тип не знал.

— Почему вам нужно, чтобы зона захватила всю землю? — спросил я.

— Всю не нужно. Достаточно половины, — ответил он. — Тогда мы все получим большую награду.

— Какую?

Я даже не удивился, когда и этот захрипел и умер. Значит, о наградах больше не спрашивать, и без того стало понятно, что борьба идет не только за идею, но и за вполне себе осязаемые блага. Для игровых фигур, разумеется, которыми считали нас боги.

Оставался последний, самый жирный, по мнению Валерона, но и самый защищенный от внешних воздействий. И вот с ним нас ожидало фиаско, поскольку он, сообразив, что живым от нас не выйдет, а перед смертью изрядно помучается, отравился сам припасенным где-то во рту ядом, не сказав ровным счетом ничего.

Похоже, я вбросил ненужные навыки не в тот нужный навык. Но когда я ради интереса попытался перекинуть уровни из Удушающей тени в Воздействие на разум, выяснилось, что из первого навыка уровни для перераспределения более недоступны. То есть добавить туда уровни я мог, а вот взять — уже нет. Выходило, что не получится вытащить уровни из навыков, а потом в них вернуть. Если я всё вбухаю в Воздействие на разум, то это всё там и останется.