ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Получив в управление остатки княжества, Петр Воронов понимает, что император ждет его провала. Нехватка людей, пустая казна и враждебно настроенные родственники — лишь вершина айсберга. Срочный вызов в Святославск раскрывает новую угрозу: его брат Лёня, отчаявшись получить руку любимой, готов заплатить преступникам за сомнительный дар — «зерно Скверны».

От поездки в Святославск пришлось временно отказаться, потому что иначе пришлось бы отказываться от предоставленной возможности. Возможность была спорной: никакой помощи от государства после вывода войск не предоставлялось, зато обязанностей хватало, включая и обязательный налог с оставшегося огрызка. Налог, куда входили как деньги, так и кристаллы, был фиксированный и вполне посильный. И всё же я сразу вспомнил о Базанине: если его поиски завершатся успехом, то налог будет выплачиваться из его средств. Не знаю, о чем думал император, когда дал мне этот шанс, уж точно не о том, чтобы дать мне возможность себя проявить.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

И всё же я решил подумать, какие навыки могут подарить уровни Воздействию на разум, потому что последний при допросах, как выяснилось, мне жизненно необходим. Кстати, после всех допросов навык воздействия на разум подрос и стал тринадцатого уровня.

— А ведь мы так и не выяснили, стоит ли за неудавшимся покушением Молчановский, — досадливо сказал Маренин.

— Увы, этого исключить нельзя, — согласился я.

— И не надо, — предложил Валерон. — Давайте будем считать, что стоит. С князя можно получить самую хорошую компенсацию.

— Ты еще с Болдырева не получил, — напомнил я. — А по Молчановскому еще ничего не понятно.

— Ну так-то я и с Симукова до конца не получил, — скромно уточнил Валерон. — Взятое явно недостаточно для компенсации его злоумышлений. Но злоумышляющих князей много не бывает.

— Он в любом случае злоумышлял, — хмуро сказал Маренин, — потому как еще до указа императора требовал лишить титула князей без реликвий.

— Без этого указа следующим князем стал бы Антон, — напомнил я. — А злоумышляющих относительно кузена мы во враги не записываем. Определенную информацию мы получили. Базанин — не главный скверник, а один из. Хотя и не настолько значимый, чтобы о нем знали мелкие скверники, присягнувшие Саморядову.

— Значит, будет злоумышлять, — не унимался Валерон.

— Потому как пропали люди Молчановского. И даже если он не отправлял их вас убивать, Петр Аркадьевич, то исчезновение не спустит.

— То, что мы ехали в одном вагоне с пропавшими, не делает меня причастным, — заметил я.

— Это для Саморядова-то? Он точно знает, что вы причастны, а уж убедить своего князя сможет.

— Если не захочет скрыть…

— С чего бы? У него было прикрытие поездки. Хорошее прикрытие: команда ехала с деньгами и списком необходимых ингредиентов. Они точно считались молчановскими дружинниками, хоть и подчинялись Саморядову. Пропажу своих людей ни один князь не спустит.

— И станет нашим врагом, да Петь? — оптимистично тявкнул Валерон. — Может, возьмем компенсацию с него превентивно? Чтобы не было чем угрожать.

— Мы уже взяли, — намекнул я. — При этой четверке должна быть приличная сумма. Плюс экипировка.

До имущества четверки боевиков мы добрались сразу на складе, где выяснилось, что у них при себе хватало и нормального имущества, не только связанного со Скверной. Списков оказалось два. Один — явно для нужд молчановской дружины, а второй — для нужд Саморядова и его подручных, потому что часть ингредиентов из второго списка в официальной алхимии не использовалась, а часть использовалась очень мало и редко, а к покупке было запланировано довольно много.

— Похоже, у них там тоже подпольная алхимическая лаборатория… — сказал

я.

— Зачем подпольная? Может, и открытая.