Евания Гарана превратила свой дом в место, откуда и уходить не хотелось, будто и не было тех долгих лет, когда запертое жилье пустовало без хозяев.
– Там чулан со снедью, – Авериус Гарана махнул фонарем сначала на одну дверь, потом на другую. – А там – уборная. В подвале моя лаборатория, туда не ходи. Умывальник в кухне. Там же можно поставить ванну и ширму и нагреть воду, как надумаешь помыться. Ванна висит в кухне. Ширма в чулане. Пойдем.
Архимаг повел своего гостя дальше, в тесную гостиную с диванчиком, парой кресел у тлеющего очага и винтовой лестницей на третий этаж.
– ВарДейк обычно спал тут, когда оставался у нас, но теперь у него свой дом в другой части города. Даже больше нашего жилье себе выбил, пройдоха, – мастер над рунами усмехнулся с весьма довольным видом.
Что бы он ни говорил, Крисмером ВарДейком архимаг гордился. И доверял, что очевидно.
Авериус Гарана обернулся через плечо.
– Но ты можешь оставаться в комнате Гвин. Полагаю, она была бы не против.
– Благодарю, мастер, – ответил Иврос.
Они поднялись еще на один этаж выше.
Мансарда под двускатной крышей была значительно теснее остальных ярусов. Из маленького темного коридорчика без единого окна вело всего три двери: две – в спальни и еще одна – в чулан, который, вероятно, когда-то служил библиотекой, но однажды попросту превратился в склад. Одна из спален была видна настолько, что стало понятно: это комната хозяев. Вторая же окрашенная в белый цвет дверь с возмущением скрипнула, когда Авериус Гарана открыл ее перед своим гостем.
– Располагайся и спускайся к обеду, – с этими словами он скрылся в собственной спальне.
Иврос неторопливо перешагнул через порог, окинул взором помещение, и губы сами собой растянулись в улыбке.
Сквозь пару круглых окошек в покатой крыше проникал яркий свет. В его золотистых лучах плавали невесомые пылинки. Неспешно, умиротворяюще и вместе с тем тоскливо.
Вещей в этой спальне оказалось мало, а мебели и того меньше, но в каждой детали мужчина ощущал свою Гвин.
Длинный стол у дальней стены под самыми окнами. На нем двумя аккуратными стопками лежали книги. Подле них – несколько пергаментов с неоконченными заметками в компании высохшей чернильницы. Справа от стола – три полупустых полки, на которых пузырьки для зелий соседствовали с разноцветными бутылочками для духов. А под столом – незапертый сундучок, тоже пустой. Стул с мягкой обивкой сливового цвета. Слева от входа – двустворчатый шкафчик с резными дверцами, на которых красовались вставший на дыбы единорог и крылатый дракон с длинной шеей. Одна из створок была распахнута, но внутри была лишь старая ночная сорочка да стопка чистых полотенец.
Справа от двери стоял высокий комод синего цвета.






