— Иван, всё нормально, кризис миновал, ребёнок там, где ему положено находиться, — уверила Елена.
Это мигом разрядило обстановку, и Давыдов рванул к жене. А зашедшая следом Матрёна жестами дала понять, что ей пришлось кое-что рассказать пасечнику обо мне.
— Иначе он бы точно двери тросом вырвал, — шепнула мне на ухо знахарка.
С одной стороны, мне не нравилось, что посторонние узнали о нашем с Матрёной симбиозе. Но с другой — без союзников не обойтись, и пасечник Давыдов — один из тех, кому в будущем я бы смог доверить свою тайну. Иван самостоятельный, судя по прочитанным мыслям, относится ко всем так, как они этого заслуживают. Ну не похож он на того, кто предаст ради сиюминутной выгоды.
— Алексей, значит, это ты у нас настоящий целитель? — проворчал Иван. — Теперь понятно, откуда такая прыть и пронырливость. С шабашниками разобрался. Сельский клуб за полторы недели нормально работать заставил. Пашку Рязанцева на место поставил и правильным вещам теперь обучаешь. Даже музыкальные инструменты вернул. Всё как обещал и даже больше.
— Иван, да я вообще очень полезный гражданин, если со мной дружить. Скоро сам убедишься.
— Да я уже убедился. В поисках человека с твоими умениями я полстраны с Ленкой объездил. Жене в межсезонье не давал дома спокойно сидеть. Из-за этого она насмотрелась на всяческих бабок, заговаривающих зубы, травниц, с опасными для здоровья зельями, шарлатанов, показывающих эффектные фокусы, и даже модных в Москве недоделанных экстрасенсов. Вот они где у меня уже все сидят.
Пасечник эмоционально дотронулся ребром ладони до горла.
— Алексей говорит, что происходящее со мной раз за разом — это влияние какого-то злого человека, имеющего возможность ко мне периодически подбираться.
Давыдов напрягся.
— Если я правильно понял, кто-то, умеющий влиять на организм человека, не хочет, чтобы моя жена родила, и строит нам козни. У меня на примете только один вариант — мой отец Лука Давыдов. Не зря же он находит поводы, чтобы нас по два раза в год проклинать.
— Удобный кандидат, но, пожалуй, его кандидатуру мы пока отставим в сторону.
Я принялся рассказывать о своих подозрениях, но никто, в том числе Матрёна, в вариант с Машкой не поверили.
— Лёшка, да девку эту все здесь знают. Она умом слаба. Местная блаженная. Мухи не обидит, — выпалила знахарка. — Ко мне её не раз сначала родители приводили, потом бабка старая. Не заметила я в девке никакого зла.
— Напоминаю: Лена вчера в баню именно с этой блаженной Машкой ходила, — возразил я. — На деда Луку, конечно, удобно думать, что он зло, но ближе пяти метров к Лене он не подходил.
— Да чего гадать? Давайте вместе сейчас сходим и с Машкой поговорим, — предложил пасечник.






