— Это о том, что она долго не могла найти меня?
— Нет, нет, это совсем другая история. И она будет очень интересна для вас.
— А кто вы такой? — спросила Роза.
— Ну, скажем так: ваш друг. Но я прошу вас не говорить о нашем разговоре никому. Иначе с сеньорой Паулеттой может случиться непредвиденное.
И он повесил , трубку.
Рикардо никак не удавалось выбраться в лечебницу для душевнобольных. Он давно не видел Кандиду.
Когда он вошел к ней в палату, матушка Мерседес пыталась напоить ее молоком. На приход Рикардо Кандида отреагировала вяло. Она выглядела сонной и безжизненной. Лишь один раз она попросила его, чтобы он забрал ее отсюда.
Матушка Мерседес посоветовала ему уладить ее выписку из лечебницы юридически. Она напомнила Рикардо, что его сестра здесь как бы под арестом до выяснения обстоятельств убийства лиценциата Роблеса.
«Может так случиться, что и забирать-то тебя будет некуда», — грустно подумал Рикардо.
Очередное посещение консультации доктора Лаприды Фернандой привело к откровенной стычке между ними.
Не успела Фернанда спросить Хермана, убедился ли он в том, что рассказанное ему о Розе — чистая правда, как он прервал ее:
— Я убедился только в том, что ты самая настоящая ядовитая змея. А Роза честнейшая женщина на свете.
— Но то, о чем я говорила тебе, мне сказали в доме Линаресов!
— Нашла у кого спрашивать! Из-за твоего навета я ее обидел.
— Ну что ж, — фыркнула она, — пойди и попроси у нее прощения!
Доктор согласно кивнул.
— И пойду. Знаешь почему? Потому что я люблю ее! Больше Фернанде нечего было делать в этом кабинете.
…Херман купил букет роскошных роз редкого розовато-желтого оттенка и отправился в дом Мендисанбалей. Роза очень обрадовалась и розам, и Херману. Однако, когда он заговорил с ней о любви, она решительно замотала головой:
— Я не хочу, чтобы мы говорили об этом. Он мгновенно помрачнел:
— Ты хочешь сказать, что мы не должны больше видеться? Она положила руку ему на плечо.
— Ну что ты! Ты друг мамы. И мой друг, — Потом помолчала. И добавила: — Но только друг.
Недовольная результатом визита Рикардо к Марии Торрес, Дульсина потребовала у него ее адрес: она сама желала поговорить с вдовой того человека, на имя которого так опрометчиво перевела в свое время их родовой дом.
Леонеле почему-то казалось, что у Дульсины могут найтись серьезные способы убеждения, которыми Рикардо не владеет.
В их присутствии Дульсина позвонила в отель, где остановилась вдова Роблеса, которую она считала самозванкой, и попросила соединить ее с сеньорой Марией Еленой Торрес. Ее соединили.
— Говорит Дульсина Линарес, вдова Роблеса, — важно произнесла она.
И услышала в ответ:
— Тут маленькая ошибка. Дело в том, что вдова лиценциата Роблеса — это я.
Дульсина сказала, что хотела бы увидеться.






