Но ее соперница вновь откровенно расхохоталась:
— Хороша любовь: оставить состояние любимой той, с которой жил давным-давно!
— Отдайте мне эти документы! — Дульсина теряла самообладание.
Она сделала шаг к Марии, Та отступила.
— За миллиард песо… Да и потом, эти бумаги не у меня.
— Врете! — крикнула Дульсина, кинулась к столу и стала лихорадочно рыться в ящиках.
В ту же минуту дверь в номер открылась и вошел худощавый человек с пышными бакенбардами. Неторопливой развинченной походкой, какой ходят киногангстеры и киноковбои, он подошел к Марии и встал рядом с ней, насмешливо глядя на Дульсину.
Мария демонстративно обняла вошедшего.
— А что делает здесь эта женщина, моя дорогая? — спросил он глумливо.
— Это Дульсина Линарес, милый! — ответила в том же тоне Мария. — Она ищет бумаги на владение домом, когда-то принадлежавшим ей.
— Так ведь он теперь наш. Постереги-ка ее, дорогая, а я кликну полицию.
— Вот для этого типа вы украли мой дом? — теряя от злости рассудок, выдавила из себя Дульсина.
— У каждого свой тип, — рассмеялась Мария. — У вас Федерико, у меня — Браулио.
Совсем уж ничего не соображая, Дульсина кинулась к ней и, не успел Браулио что-либо предпринять, опрокинула Марию на пол.
Он с трудом оторвал Дульсину от поверженной противницы и, вынув из кармана крошечный, похоже дамский, пистолет, скомандовал:
— А ну, кыш отсюда!
— Гангстер! Ворюга! — кричала Дульсина, покидая номер. — Это ты ее толкнул на грабеж! Не видать вам моего дома как своих ушей!..
— Ну вот, — сказал Браулио Марии, пряча пистолет, — Хватит жалеть этих Линаресов. Чтобы через месяц их не было в нашем доме!
Паулетту очень взволновал неспокойный сон Розы, она подозревала, что ему должно было что-то предшествовать.
И эти слова, сказанные Розой во сне: «Не отнимайте у меня мать!» Странные слова… Но единственное, чего удалось добиться Паулетте от дочери, это упоминание о каких-то непонятных телефонных звонках.
Паулетта умоляла Розу ничего от нее не скрывать, говорила, что у дочери не должно быть от матери никаких секретов. Роза ответила, что звонивший ей мужчина говорил с ней… про Рикардо и про жабу.
— Если он еще раз позвонит — не разговаривай с ним и не реагируй на звонок. Телефонные анонимщики обычно тем быстрее отвязываются от тебя, чем меньше ты реагируешь на их звонки.
Роза обещала так и поступить. Паулетта ушла к себе, а Роза стала собираться к Рохелио. Его только что выписали из больницы, и он перед отъездом на ранчо находился в своей городской квартире, точно такой же, как у Рикардо.
Врачи находили, что Кандиде несколько лучше. Они не препятствовали новой встрече агента Рочи с их пациенткой.
Кандида встретила агента полиции спокойно.






