ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Вот это я попала, так попала! Но хорошо, что хоть жива осталась, а все прочее... Эта чучелка сказала, что раз у нас положено три желания исполнять, то она три и исполнит – а остальное уж от меня зависит. И если она не пошутила – но тут уж точно не шутки: оказывается, что я, в принципе того не осознавая, проплыла по морю сто миль! Ну, поменьше, однако всего-то за двое суток, а вот как – это уж точно никому и никогда понять не получится. Ну и не надо, причем даже мне не надо, а вот насчет трех желаний все же проверить очень хочется. И проверять я начну… вот доберусь до квартиры – так сразу и начну: в любом случае хуже уж точно не будет А будет ли лучше? Будем посмотреть.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

И я живьем увидела, как работают гении: он внимательно слушал — но видно было, что слов наших (моих) он вообще не слышит, а вслушивается лишь в интонации. И когда мы прокрутили запись уже два раза «с голосом», он поинтересовался:

— А можно теперь то же самое прослушать, но без слов? Точнее… я думаю, что припев ваш можно… нужно оставить, он как раз основную мысль и задает…

— Сейчас, как раз припев мы писали на отдельной дорожке вместе с гитарами, я переключу… вот. Только тут он не полный… в смысле, звук не полный, только два голоса, потом еще допишем.

— Мне хватит, спасибо. И я думаю, что про первый наш вздох и первый глоток тоже можно оставить, но… сейчас, вы никуда не спешите?

— Нет, будем работать, пока все не сделаем лучшим образом. Мы пока заняли только четыре дорожки из шестнадцати, я «рыбу» не считаю, ее в любом случае заменим на то, что вы скажете…

Я показала Леониду Петровичу, как на студийном магнитофоне (который я слегка «модифицировала») перематывать запись на начало, как прослушивание включать, и мы с Людой тоже перекусили. Еще я успела в Останкино позвонить Эллеоноре Беляевой до начала передачи, и выяснив, что сегодня она в прямом эфире будет, сказала, что мы с Дербеневым к празднику новую пластинку выпустим — и она пообещала зрителям об этом сообщить. А он снова и снова слушал музыку, что-то писал на бумажках, черкал, снова писал… И где-то минут через сорок сказал:

— Вот, Елена Александровна, посмотрите, что у меня получается. Вы же, как музыкант, сможете понять, как такое звучать будет?

— И вы сможете. Людочка, заканчиваем послеобеденную дрёму, идем дальше работать. Наша задача теперь гениальный текст превратить в гениальную песню. Писать будем… думаю, пока на седьмую дорожку, а потом посмотрим, что под эти слова к музыке добавить нужно будет.

Спели мы еще два раза, и с моей точки зрения песня получилась. То есть почти получилась:

— Леонид Петрович, я, конечно, ничего нового не скажу, но вы — гений! Дайте я вас за это расцелую! А теперь, чтобы вы и сами поняли, насколько вы гениальны, давайте песню споем вместе!

— Да какой из меня певец!

— Для собственного удовольствия споем. Вот, надевайте наушники, в них будет музыка играть… ну что, радуемся хором? Отлично, мы все молодцы! Людочка, чего в музыке не хватает?

— Если вас мое мнение интересует, что на третьем куплете стоит добавить тромбонов и, пожалуй, бас-гитару, но уже через ваш четвертый фузз, а еще кое-где проигрыши на электрооргане. Я могу и сама, но с тромбонами… их минимум три добавить стоит. Попробуем?

— Некогда пробовать, сразу пишем. Леонид Петрович, а вы-то не спешите? Через полчаса мы запись закончим, потом десять минут на матрицу перепишем и я вас тогда уже домой и отвезу.