Да хотя бы те же погоны носить, в наряды и на хозработы ходить, или подчинятся кому-то добровольно. Если применять «понятия», то улетал я сейчас чуть ли не в шерсть и козлы… С другой же стороны, в этой жизни я в зоне пока не побывал, и даст бог, туда не попаду, я хочу жить как все нормальные люди — это моя цель. А ради неё, я был готов менять себя или хотя бы попытаться.
Нас с Максимом завели в казарму только на пять минут — вещи оставить, а потом выгнали на плац. Вся рота отсутствовала в расположении, только на тумбочках стояли дневальные, да пару офицеров и сержантов чем-то занимались в ротной канцелярии. Ну и чтобы два новобранца не болтались по расположению без дела, старшина передал нас в руки очередного младшего сержанта, который без особого энтузиазма, но тем не менее энергично, стал обучать нас премудростям строевой ходьбы, поворотам, и другой шагистике.
— Шоб они у меня на ужин хотя бы как люди дошли, в строю! Устрой им ускоренный курс молодого бойца. И дрочи их пока получаться не будет! — Давал наставления старшина сержанту — Понял меня Воронцов?
Младший сержант понял, он оказался из тех, кто сам ещё толком не остыл после учебки, но уже получил власть над такими, как мы. За отличия в учёбе его оставили инструктором после окончания обучения, и этим он видимо очень гордился. Худой, жилистый, с прищуром, будто всё время кого-то подозревает. Форма на нем сидела как влитая, знак «Отличник Советской Армии», знак «Классный специалист», с цифрой два, и парашютный значок сверкали на солнце как ордена. Говорил он коротко, без лишних слов, но голосом таким, что спорить не тянуло.
— Ногу тяни. Не шаркай. Ты не в колхозе навоз месишь, — Командовал он — раз-два, раз-два.
Я попытался подстроиться. Левая — раз, правая — два. Вроде ничего сложного. Но через минуту уже сбился. Потом ещё раз. Потом снова.
— Стой!
Мы оба встали, как вкопанные.
— Это что сейчас было? — он посмотрел на нас так, будто мы лично его оскорбили. — Вы вдвоём идёте, как стадо баранов. Один вперёд, другой назад. Вы вообще слышите себя?
Максим что-то пробормотал, но сержант даже не стал слушать.
— Сначала — по одному. Ты, — ткнул он в меня пальцем, — Вперёд. Марш.
Я пошёл. Сначала медленно, потом, как он показал, чуть быстрее. Подбородок выше, спина ровно, руками не болтать, а работать. Нога — не просто ставится, а выбрасывается вперёд.
— Вот. Уже похоже на человека, — сказал он. — Только не расслабляйся.
Через пять минут у меня уже начинало тянуть икры. Через десять — пот пошёл по спине. Солнце било в макушку, асфальт отдавал жаром, как электроплита. Воздух стоял, ни ветерка. В голове только счёт: раз-два, раз-два.
— Напрааааво!
Я повернулся. И меня занесло, поворот получился чуть-ли не кругом.
— Отставить. На исходную. Снова.
И так по кругу.






