Она говорила, что самородкам в учебные заведения хода нет, а тут вдруг — бац, и поворот на сто восемьдесят градусов.
— Что-то случилось, пока я спала?
— Вчера еще, — помотала головой Наташа. — Просто нам никто ничего не говорит. Не считают нужным. — Она неприязненно дернула плечом. — Оказывается, его сиятельство князь Борис Васильевич Ростов оплатил всем выжившим девушкам-самородкам обучение в Ростовской высшей школе магии. О том, как нас спасли, по телевизору передачу показывали. Это старушка-санитарка рассказала, когда мои тарелки после обеда забирала. Потом она одежду принесла и по секрету шепнула, что нас вроде бы сегодня в школу магии отвезут. А еще пожалела. Мол, не дадут нам спокойно учиться студенты-аристократы. Посоветовала знать свое место: не перечить, терпеливо сносить издевки и тумаки. Может, тогда и позволят нам школу закончить да науку магическую освоить.
Наталья вымученно улыбнулась, вся как-то скукожилась. Я смотрела на то, как тухнет ее свет, превращаясь в серое нечто, и чувствовала закипающий в груди протест.
Нет, избегать конфликтов и сосредоточиться на учебе — здравая мысль. Но смиренно терпеть унижения я не собираюсь. Понадобится — не только словом отвечу, но и в морду дам!
Дверь в палату распахнулась. Возникшая на пороге крупная женщина в белом халате объявила:
— Вы обе вместе с остальными самородками покидаете наш госпиталь. За вами лично приехал ректор Ростовской высшей школы магии, — и со значением добавила: — Его сопровождают те самые студенты-инквизиторы, которые спасли вам жизни. У вас есть возможность сказать им спасибо.
Дыхание перехватило от смутной угрозы. В памяти всплыл недоуменный, а после изучающий взгляд голубоглазого воина. Он ведь и правда смотрел прямо в душу. Почему же не сказал своим, что я подселенка? Остались сомнения? Решил сперва окончательно удостовериться?
— Девушки, на выход! — прикрикнула сотрудница госпиталя.
Разволновавшаяся Наташа крепко сжала мою руку. Из палаты мы вышли плечом к плечу. Следуя за женщиной в белом халате, прошли по пустынному коридору, свернули направо и принялись спускаться по узкой, похожей на служебную лестнице.
Глядя в спину сопровождающей, я судорожно пыталась придумать, что делать. Инстинкт самосохранения требовал немедленно бежать, но план побега стопорился на вопросах логики: как и куда?
«Пульс сто сорок девять ударов в минуту. Чего ты боишься?» — безэмоционально спросила женщина в моей голове.
«Практически уверена: тот парень, который вынес меня из-под завалов, видел мою душу и догадался, что я подселенка».
«Ты права, — подтвердила сверхъестественная тетка и снова спросила: — Чего ты боишься?»
«Того, что он сдаст меня коллегам-инквизиторам!»
«Маловероятно. Он мог сделать это сразу же, но не стал.






