Николай Владимирович ошарашенно уставился на девушку. Впервые в жизни он растерял все слова.
— Господин ректор, а можно пойти домой? — добивая, пискнула какая-то простолюдинка.
* * *
— Совсем девки спятили, — прошептала Наталья. — Неужели не знают, какая адская боль сопровождает угасание дара? Да и потом нормально жить не получится.
Очень захотелось посмотреть на выживших девчонок, кучкующихся в конце автобуса. Почему-то мне казалось, что все они прекрасно знают. Но сделать это весьма проблематично. Во-первых, с моим невысоким ростом придется вставать, иначе ничего не увижу. А во-вторых, где-то там, рядом с девушками, сидели два инквизитора. И один из них крепко держал меня на крючке.
Под ложечкой засосало.
«Успокойся!» — мысленно одернула себя и окликнула:
— Господин ректор!
Тот как-то заторможенно кивнул.
— Вы правы. Министерство образования выделило нашему учебному заведению средства на обучение самородков, — он кашлянул и уже нормальным тоном уточнил: — Кто еще желает учиться за счет государства?
— Кто-кто. Конь в пальто, — пробормотала Наташа и, подняв руку, громко сказала: — Я хочу. Меня зовут Наталья Лукьяненко.
— Иванова, Лукьяненко, ваша просьба удовлетворена. Еще желающие есть?
— Господин хороший, нам от дара этого один только вред. Не нужен он нам вовсе! — всхлипнула какая-то девушка.
— Мы не хотим овладевать магическим искусством! Отпустите нас домой, пожалуйста! — взмолилась другая.
Николай Владимирович нахмурился.
— Заставлять вас никто не станет. Не хотите учиться — воля ваша. Но вы должны понимать — второго шанса не будет.
Ответом ему было тягучее, как патока, молчание.
— Сломались девки, — с горечью сделала вывод Наташа.
Я слегка сжала ее руку.
— Не дрейфь. Справимся.
— Куда ж мы денемся, — согласилась хуторянка, укладывая голову мне на плечо. — Костлявая ты, Машка.
Что есть, то есть. Впрочем, жирок нарастить несложно. Тут главное — не увлечься процессом.
Я усмехнулась. И вспомнила, о чем хотела спросить. Нет, не Наталью, а безымянную помощницу, поселившуюся в голове. Но прежде на всякий случай сделала вид, что задремала.
«Как думаешь, о чем со мной хочет поговорить инквизитор?»
«Твои догадки верны, — равнодушно отозвалась женщина. — Скорее всего, разговор пойдет о тебе».
«Читаешь мои мысли?»
«Нет. Логика».
Угу. Логичная у меня в голове робототётка. Еще бы понимать, чего ждать от этой Василисы Премудрой. Но пока ее подсказки на пользу, а не во вред. Кстати, о вреде.
«Зачем ты отключила дар эмпатии?»
«В случае опасности ты не бежишь, а действуешь. Сильные эмпаты способны не только считывать чужие эмоции, но и убивать ими. Проверять, сможешь ли ты случайно лишить жизни инквизитора, которого боишься, неразумно».
Я ошалела настолько, что забыла, как дышать.
Вдруг автобус резко затормозил.






